Чтобы сделать все остальное, Тори не понадобилось много времени. Доктор не обманул. Как только она возникла на пороге его дома и показала деньги, он тут же одобрительно хмыкнул. Тори понимала что от него не ускользнул ее потрепанный вид, но сейчас это волновало ее меньше всего. Она заработал необходимые деньги, а о том, как именно сделала это, больше никогда не хотела вспоминать. То, что произошло навсегда останется в прошлом. Так же как и незнакомец, которого она больше никогда не встретит. Теперь, она очень хорошо понимала почему те женщины так сильно кричали.
Забрав все лекарства и подробную инструкцию, Тори поспешила обратно на ферму. Тело непривычно ныло, а боль между бедер служила гневным напоминанием о случившемся. Заставляя себя не думать об этом, Тори гнала Клевер вперед по тропинке. Сейчас, да и всегда, ее заботило только здоровье ее детей. Если потребуется, она пожертвует своей жизнью и все, что у нее было.
Добравшись до фермы, Тори спрыгнула с Клевер, тут же согнувшись от немилосердной боли в натертых бедрах. К счастью у нее не было даже мгновения, чтобы пожалеть себя. Стиснув зубы, она завела лошадь в стойло и закрыла его. Будет очень плохо, если Клевер сбежит от них. Она была их единственно связью с городом. Убедившись что замок в порядке, Тори поспела к дому, молясь чтобы с Коди было все в порядке. Ей пришлось несколько раз постучать, прежде чем Зак сдвинул засов и открыл дверь. Радость в его глазах, когда он увидел ее, затмила все остальные чувства. Всхлипнув, Тори прижала к себе племянника и поцеловала в прохладный лоб.
— Ты хорошо постарался, защищая Коди, — проговорила Тори, занося племянника в дом. Закрыв за ними дверь, она поставила Зака на пол и подошла к Коди. Он по прежнему был горячим и изредка покашливал, но сейчас крепко спал. Помня напутствие доктора, Тори улыбнулась, — Теперь все будет хорошо. Верь мне.
Нисколько не сомневаясь в своих словах, Тори принялась за лечение племянника.
Прошло несколько дней, прежде чем ему стало значительно лучше. Лихорадка больше не изнуряла его тело и он стал с аппетитом кушать, не отказываясь даже от своих любимых лепешек и печенья. Видя как он поправляется, Тори чувствовала себя самой счастливой на всем свете. Разве не это было правильно? За все эти дни, она нисколько не жалела о том дне. И если бы время повернулось вспять, она бы снова сделала это для Коди. И для Зака.
Видя как быстро поправляется Коди, она все чаще задумывалась о том, как им жить дальше. У них не было денег, а зима приближалась так быстро, что Тори это пугало. Смогут ли они пережить эту зиму без мужской помощи? Не то, чтобы Хэмиш когда-то помогал им, но даже он понимал что они не протянут без еды. Пусть им и доставались гроши, но большего они никогда и не просили.
Ей нужно найти работу. Тори уже много раз думала об этом, но воспоминания о той поездке пугали ее. Кто в городе захочет принять ее? Она ведь хорошо умела вести хозяйство и так же неплохо занималась огородом. Да, она не умела писать и читать, но ее руки были сильными и крепкими, иначе они с детьми никогда бы не выжили.
— Я поеду на ранчо. Если па работал там, значит и я смогу.
Тори едва не упала от изумления. Она посмотрела на хмурого Коди и забыла о том, что собиралась бросить нарезанные кусочки тыквы в воду.
— Ты еще слишком мал, чтобы работать на ранчо, — твердо сказала Тори, серьезно посмотрев на племянника. Она понимала что ей придется хорошо потрудиться, чтобы переубедить его, но и она сдаваться не собиралась. Она ни в коем случае не позволит Коди гнуть спину. Она старше его, а значит сможет трудиться на ранчо. — Я сама поеду на ранчо. Уверена, для женщин там куда больше работы чем для детей.
Когда Коди попытался возразить, Тори посмотрела на него тем самым твердым взглядом, который всегда останавливал его от споров.
— Ты, еще ребенок. И единственная работа, которую ты будешь выполнять, это присматривать за домом и Заком. А теперь иди. Если ты достаточно здоров, чтобы спорить, тогда возьми метлу и пройдись по двору.
Получив в ответ кислый взгляд Коди, Тори вернулась к готовке. Сам того не подозревая, умный и сообразительный Коди дал ей ответ на тот вопрос, которым она терзалась уже долгое время.