Облокотившись на длинную ручку метлы, Тори закрыла глаза. Она мечтала о красивом доме для детей. Таком, в котором им не придётся перебираться с одного места на другое, чтобы спастись от холодных капель протекающей крыши.
Леденящий ветер пронесся над головой Тори и взметнул кучу опавшей листы, которую она собирала во дворе. Это только убедило ее, что дождь начнётся уже совсем скоро, а может разразится и настоящая буря. Им всем нужно хорошенько подготовиться к этому.
Встряхнувшись, чтобы сбросить с себя ненужное оцепенение, Тори вернула метлу в сарай. Нужно натаскать в дом больше воды, подоить корову и занести те овощи, которые уже можно было собрать в огороде.
Подхватив юбку, она забежала в дом. Коди обернулся и настороженно посмотрел на нее. Все они ждали возвращения Хэмиша. Того уже три дня не было дома и Тори знала что дети каждую ночь молились, чтобы он не возвращался. Хотела ли и она сама того же? Наверное нет. Она уже давно не была ребенком и понимала, что каким бы отвратительным не был её брат, он мужчина и мог их защитить. Что с ними случится если он не вернётся? У них не было даже оружия, а единственную лошадь забрал Хэмиш. Они никогда не смогут добраться до города пешком. Ну а даже если смогут, то зачем? Ни один другой мужчина не захочет взять на себя такую ответственность как убогая Тори и двое ее детей.
— Он в—вернулся? — спросил Коди, немного заикаясь, как и всегда когда говорил об отце слишком громко.
Тори устало села за пустой стол.
— Нет, Коди. Нам надо будет немного поработать на улице. Мне кажется надвигается ураган. Как думаешь, Зак справится?
Коди нахмурился и расправил плечи, как делал это всякий раз, когда нужно было защитить младшего брата.
— Зак сильный, — твёрдо сказал он, подтверждая свои слова отрывистым кивком головы. — ведь так, Зак?
Тори улыбнулась и немного приподняла скатерть со стола. Конечно же, ей стоило догадаться. Трехлетний Зак всегда следовал за своим старшим братом, как маленький хвостик. Вот и сейчас он сидел под столом, надёжно укрытый от посторонних глаз длинной скатертью. В его тёмных глазах плескался привычный страх, но увидев кто именно на него смотрит, он сразу же улыбнулся и потянулся к Тори.
— Ты справишься, Зак? — спросила Тори, усаживая племянника себе на колени. Для своего возраста он был слишком лёгким, почти невесомым.
Зак посмотрел сначала на Коди, а потом снова на Тори. И, наконец, кивнул. К великому сожалению и горю Тори, он совсем не разговаривал. Но это было вовсе не по его вине. Только за это она была готова ненавидеть Хэмиша всей сердцем и душой. Если бы не его безграничная злость и отвращение к собственным детям, Зак сейчас был бы обычным ребенком.
— Мой герой, — прошептала Тори и ласково погладила его по голове, — как только закончим с работой, будем ужинать. Сегодня я напеку отменных лепешек и сварю тыквенную кашу. Я даже добавлю туда немного больше сахара, как вам нравится.
Зак быстро закивал, конечно же вспоминая какую вкусную кашу готовила Тори. Но он почти сразу сник и покрутил головой. Тори и Коди не нужно было никаких слов, чтобы понять кого именно ищет Зак.
— Он еще не вернулся, Зак, — с небывалой радостью в голосе сказал Коди. Положив чистую тарелку на столешницу, он вытер руки и погладил младшего брата по спинке, — Мы немного поработаем на улице, а потом вернемся домой и поможем Тори приготовить лепешки и кашу.
Тори стиснула зубы, сдерживая рыдания. Ей было обидно, что Хэмиш отказывался видеть какими замечательными росли его дети. Невольно, она потерла щеку, на которой багровел отменный синяк. За три дня, которые прошли с той ночи, синяк расцвел во все безумные цвета. Коди всегда отводил взгляд от ее лица, чтобы не видеть синяка. Тори и самой хотелось бы напрочь забыть о той ночи, но ноющая боль в лице не позволяла ей сделать это.
— Тогда нам не стоит медлить, —весело сказала она, поднимаясь со стула с Заком на руках. Осторожно, стараясь не торопиться, она поставила его на ноги и немного поддержав под руки, отпустила. На мгновением между ними повисла тишина, пока они смотрели как Зак пытается удержать равновесие. Это всегда давалось ему с огромным трудом, потому что правая нога была согнута и немного короче левой, из—за этого он очень сильно хромал.
Коди сжал кулаки, наблюдая за тем, как младший брат делает первый шаг вперед. После того как Зака сбросила лошадь и его перелом зажил самым отвратительным образом, Коди взял на себя обязанность оберегать младшего брата, но Тори сделала все возможное, чтобы убедить его дать Заку возможность хотя бы немного проявлять самостоятельность. И, как бы тяжело это не было, Коди смог перебороть самого себя.