Не утерпела. Подслушать решилась. Диктатор уже слышал ее шаги в коридоре, но тогда она быстро прошла мимо. А сейчас уже и к двери подкралась.
Не испугалась. Храбрая. Отчаянная. Дерзкая.
В мыслях пульсирует: “Придется тебя наказать, моя маленькая дрянь. Да так, чтоб пробрало хорошенько. И меня отпустило.”
Шульц улавливает изменившийся взгляд господина и его хищный оскал, обрывается на полуслове.
Глава 12
Хотела поесть в одиночестве спокойно, а после слов Диктатора, что он меня накажет и этого унизительного оскорбления “уцененная” - внутри все бунтует.
Диктатор уходит, а я смотрю ему вслед. Величественная уверенная походка могучего хищника. Ветер развивает распахнутую антрацитовую рубашку, как плащ.
Напряженно вздыхаю.
Действительно же накажет. Уровень его терпения не безграничен.
Подхожу к столу, сажусь на стул, расправляю складки платья. Диктатор сказал, что за мной присмотрит Вольдемар, но дворецкого пока нет. Надо поесть, набраться сил.
Нацеливаюсь вилкой на розовый лоснящийся кусочек в светлом соусе. Что это такое? Мясо? Тыкаю, подношу ко рту. Аккуратно жую.
Мммм…. Как вкусно. Рыбка. Просто тает. Я впервые пробую такое. Сливочный вкус, нотки лимона в соусе, текстура, все на высоте.
В Южноарийске в обиходе тушеные тушканы, мясо скарабеев, да финиковые пироги. Впрочем у нашей семьи фруктов было в достатке, заморских блюд тоже хватало. Нищие слои населения так вообще довольствовались сухими пайками чистого белка, перемолотыми смесями из насекомых с добавлением искусственных витаминов. И то витамины добавлялись по блату. А вот чистой от выбросов еды без модификаций практически не осталось.
В Темногории я привыкла к фастфуду. Шаурма, хотдоги. Жирно, сочно, питательно. Но ощущение, что я жую пластмассу меня не покидало.
А тут…
Что-то совершенно особенное. Очень вкусное. Сочное, приятное, натуральное. Вкусовые рецепторы взвыли от удовольствия. Я даже на минутку забываю, где я. Если подумать, даже жаль, что Диктатора нет рядом. Хочется спросить, откуда такое лакомство? Ведь в Темногории нет моря, да и ближайшие страны не экспортируют сюда ничего - бесполезно. На поставки сразу нападают и грабят организованные банды, которых тут хватает.
Выпиваю залпом бокал с красным искрящимся напитком, по вкусу что-то ягодное. Не приторное, в меру терпкое. Искорки щипнули язык и оставили приятное послевкусие. Алкоголь? Я всего пару раз в жизни пила алкоголь - виски отца. Нам с сестрой было любопытно, что же такое пьют взрослые. Вкус был настолько отвратный, что после этого мы предприняли еще раз одну попытку в более старшем возрасте и все. Как отрезало. Хотя Даня настойчиво предлагал какое-то пойло, но я категорически отказывалась. Так что мне особо не с чем сравнить. Может и алкоголь. Всегда хотела попробовать вино, говорят, помогает расслабиться.
Встаю.
Где Вольдемар? Даже не у кого спросить, где туалет. Ну что ж, придется искать самой. Да побыстрей, желательно.
Для сомнений, не сочтут ли мой самовольный уход с балкона попыткой к бегству, слишком мало времени. Встаю, выхожу с балкона через единственную дверь. Замечаю, что прихватила с собой вилку. Ну ладно, пусть будет.
Глаза не сразу привыкают к полутьме коридора. Моргаю, останавливаюсь. Никого нет, пустой длинный коридор с дверьми и перекрестками, на стенах гобелены и две головы горгулий. Их глаза светятся, создавая освещение, но его слишком мало.
Как тут ходить по такому сумраку?
В конце коридора витражное окно и вроде бы лестница. Хочется красться, будто воровка, не привлекая ничье внимание. Хотя что тут такого, девушка просто хочет в туалет.
Иду, стараясь ступать мягко, но быстро.
У ближайших дверей чувствую знакомую ошеломляющую ауру подавления и замираю на секунду. Тут до меня долетает обрывок фразы. Голос Хорька-Шульца предлагает отдать новую покупку вампирам.
Меня?
Ой-ёй-ёй…
Плохо слышно.
Зато отчетливо звучит слово “разложат”.
А Диктатор не отвечает… Думает? Принял предложение? Хочет продать меня им? Или что?
Ноги слабеют.
Нельзя тут задерживаться!
Иду, почти бегу дальше по коридору. Мысли хаотично скачут. Неужели он настолько садист? Попасть к вампирам - это пытка. Яд, впрыскиваемый вампирами, может полностью превратить человека в безвольного раба. На долгие годы. Восстановление от яда очень долгое…
Так поступают с особо опасными рабами. Либо с полностью бесполезными, на которых надо хоть как-то заработать. Вампиры хорошо платят за вкусных доноров.
Я крепче сжимаю вилку.
Надо успокоиться. Не делать поспешных выводов. Все еще можно исправить. Убедить Диктатора, что я могу быть полезной. Да и вообще, неизвестно, что решит Диктатор. Раз он меня купил, проявил интерес, значит… Хотя это ничего не значит. Без понятия, что у него на уме.