Охает, сетует, что, чтоб попасть в категорию негодных это еще постараться нужно… Спрашивает, как же я так? Представляется Анной и начинает утешать. Я пытаюсь понять, что говорит Эдди парню, но, видимо, они до чего-то все-таки договариваются и решают между собой мою участь, потому что крючконосый с гнусной улыбкой хлопает парня по плечу, достает сигареты и идет к выходу.
Стараюсь дышать глубоко, чтобы успокоиться. Не очень помогает. Нервы на пределе, я не понимаю, куда вообще попала и чего ждать.
Оба выхода перегорожены вооруженной охраной. Подхожу к окну без стекла, выглядываю.
Площадь, окруженная толпой.
А на площади столб с цепями. И рядом с ним колодки на деревянной основе, о которых говорил крючконосый. Доска на уровне пояса среднего человека, а в середине нее три дырки: для рук и побольше - для шеи.
С присвистом втягиваю воздух.
Рядом с этими сооружениями прохаживается рослый широкий оборотень. С кнутом в руке.
Охренеть просто!
Я будто не в техномагической Темногории, а в средневековье попала. На казнь.
Прежде чем согласится на авантюру переезда в Темногорию временно, я смотрела про страну в сети видео. Ну и вообще, изучала. И ничего подобного там точно не было!
Хотя…Диктатор же не любит технику. Не удивлюсь, если у всех ее просто изымают, перед тем как пустить на площадь.
Где же он сам?!
Мой хаотично бегающий взгляд наконец-то находит сидящего на троне Диктатора на верхней площадке лестницы, перед дверями замка.
Диктатор в черном кожаном плаще с накинутым на голову капюшоном
Он смотрит на Вольдемара и еще какого-то человека в белом пальто. Они действительно переговариваются.
Мне его со своего места видно, а ему меня - нет. Над замком стягиваются грозовые тучи, и там, где сидит Диктатор, их эпицентр. Это выглядит жутко.
Оцепенело смотрю на происходящее на площади. Там мужчину с кровавыми полосам на спине отстегивают от столба с цепями. Анна подходит ко мне, шепотом объясняет, что он обвинялся в том, что хотел украсть ребенка кухарки замка и продать на черный рынок. Люди Диктатора, говорит она, неприкосновенны.
- Его отпустят? – ужасаюсь.
Она качает головой:
- Убьют. На отдельной арене, туда платный вход. Для тех, кто ищет жестких развлечений. Но желающих всегда больше, чем мест. Там все темные собираются. И падшие. И Совет Рас - вон он сидит отдельно в закрытой ложе, - она качает рукой в сторону большого застекленного балкона.
Я вопросительно изгибаю бровь:
- Падшие?
Она поясняет:
- Падшие расы насыщаются темными эмоциями.
Меня начинает трясти. Я сипло спрашиваю у Анны:
- А вы тут…тоже?
- Нет-нет, я тут не для наказания, я местная. Сюда приводят только тех, кто пойман в городе. И тех, кто признан негодными. Я сюда обед охране доставляла и задержалась…
Она еще что-то говорит, но я уже не слушаю, потому что на площадь выводят девушку с бесцветной кожей, острыми ушами и идеальными формами. Суккуб-альбинос. От обычных людей ее отличают небольшие рога на голове, за которые так любят хвататься мужики, и неуемный сексуальный аппетит.
Распорядитель в громкоговоритель сообщает о ее проступке:
- ….навела чары на гостей господина, занималась распутными деяниями в округе замка после признания негодности. Протокол Диктата велит поступать с ней согласно параграфу восемь.
Я не готова смотреть на то, что с ней сделают.
Чтобы отвлечься, спрашиваю у Анны:
- А бывает, что кого-то отпускают? Если ошибка…
Она качает головой, грустно смотрит:
- Ну что ты… Нет, конечно.
- Господин же защищает своих?
До нас доносится крик суккубицы и я зажимаю уши. Не помогает. Мои зубы начинают выбивать мелкую дрожь.
Анна тем временем задирает рукав и показывает татуировку на запястье. Те же завитушки, что и на шее Бланок:
- Вот доказательство, что я свободная, но под защитой господина. А у тебя этого нет. И, понимаешь, тут немного другое. Попал сюда - значит пропал. Сейчас здесь все, Совет Рас, городские собрались. Всем нужно зрелище. Не думаешь же ты, девочка, что твоя ценность для господина выше, чем репутация в городе?
Ценность… В голове стучит: “Уцененная. Дешевка”.
Все измеряется деньгами.
“Метка собственности дает безопасность”
Вот что он имел в виду. Надо было соглашаться… Насколько я помню про метки, они ставятся магической татуировкой, а потом заменяются только при передаче прав другому владельцу. С ними невозможно сбежать, но… Возможно, когда моя страна и Диктатор решили бы свой конфликт, отец бы потребовал ее снять.