Действия таблетки хватало на месяц, я принимала их каждый раз с началом цикла. Что произойдет, если мой запах откроется? Я не знаю. Но предсказательницам безоговорочно верят. И у меня есть две недели, чтобы достать таблетки.
Диктатор отходит к трону. Садится.
Я снова прикрываюсь руками и оглядываюсь на дверь. Когда же Вольдемар принесет досье? Может, там что то прояснится?
- Иди сюда, - слышу властный голос Диктатора.
Что, опять?
Вместо того, чтобы подчиниться, отступаю на шаг.
Он указывает пальцем на пол перед троном.
- На колени. Посмотрим, на что ты способна.
Твою ж… Ему совершенно плевать на досье! Он не собирается останавливаться.
Яростно мотаю головой. Пячусь к двери.
- Я покупал белогривую смирную кобылу. Очередную. А мне досталась темная лошадка. И если ты думала, что я тебя так просто отпущу, то ты просчиталась, - его взгляд тускнет, становится безжизненным. - Чем же ты зарабатывала в Темногории на жизнь? Вариантов очень мало. Я не чувствую в тебе способностей. Таких, как ты, я повидал немало. С виду невинные девы. А по сути дешевые шлюхи, берущие в рот каждый член за пару центов. Иначе ты бы не оказалась на аукционе. Если бы ты была официально оформленна, как ценный кадр, на тебе бы стояла отметка, что ты собственность компании. У тебя - ни одной отметки. Похитили, говоришь? Наслышан. Проверим насколько рабочий твой рот? Или ты другим местом работала?
В голосе Диктатора нет интонаций. Он говорит бездушно, безэмоционально, сухо и даже скучающе. Но слова проникают мне прямиком в душу, минуя уши.
Я так сильно стискиваю зубы, что челюсть сводит, по мышцам от напряжения проходит судорога.
Если бы я так же умела испепелять взглядом, то он был бы уже мертв!
Как жаль, что я все еще не могу высказаться, что думаю о таких якобы всезнающих мудаках, как он. И было бы плевать, что потом! Если удасться сейчас уйти, я напишу ему всё это в письме!
- Давай проверим, как ты умеешь отсасывать? Насколько рабочая твоя глотка? Будешь ли ты течь при этом? Мечтать, чтоб я тебя трахнул? Если будешь стараться, может и трахну. Давай, приступай.
Ох…охренеть просто! Каждое слово отдается по мне как тысяча ударов плетей. Меня трясет.
Вот ублюдок!
- Да никогда!
Глава 5
Я не успеваю добавить что-то еще, дверь открывается, и в комнату входит Вольдемар с подносом в руках. На подносе чайник и две фарфоровые чашечки с блюдцами. А еще тонкая папка. И два ключика…
Он ставит поднос на столик, выжидательно смотрит на Диктатора. Тот жестом указывает на дверь. Дворецкий кланяется и выходит.
А я перевожу дыхание, уши горят, щеки скорей всего покрылись лихорадочными пятнами.
Диктатор берет папку. Это то самое досье на меня. Мне тоже очень интересно с ним ознакомиться!
Но сначала - одеться! Прикрыться! Диктатор занят документом, и я быстренько подбираю лиф и балахон, укутываюсь в него.
Оглядываюсь.
Делаю шажочек вперед, вытягиваю шею, чтоб хоть одним глазком заглянуть, что там написано. Там должно быть имя того, кто поручился, что имеет на меня права! Не верю, до последнего не верю, что это Даня, не может быть, мы с ним знакомы год, я бы заподозрила… Он был милым, другом, мы ночами болтали обо всем подряд…
Девушки, хоть и не имеют в Темногории никаких прав, их все равно нельзя просто так похищать с улиц и продавать с аукционов. Союз Рас контролирует чтобы страна не увязла в полном беспределе. За продаваемых должны поручиться родственники-мужчины, либо девушка приходит на аукцион по своей воле. И тоже не просто так, ее проверяют на детекторах, что она сама желает этого, а ей не угрожают и не шантажируют.
Родственников у меня тут нет. Расписки под детектором я не писала.
Кто-то сдал меня.
Кто?
Невидно ничего.
Еще шаг.
Еще…
Неожиданно Диктатор двигается вперед, тянется ко мне рукой, я и пискнуть не успеваю!
Обвивает за талию и притягивает к себе.
Ох, я оказываюсь сидящей у него на коленях! Чтобы сохранить равновесие, хватаюсь за резные подлокотники.