Как же он не понимает – я песчинка, затерявшаяся в водовороте мироздания, от меня ничего не зависит. И мне сейчас очень тяжело – голова идёт кругом от новой реальности.
Ричард мог хотя бы попытаться поставить себя на моё место. Но нет же, он чёрствый высокомерный драконище! Думает только о своих проблемах.
Как и следовало ожидать, новая встреча с рыцарем обернулась стычкой. Тем более, что он сразу начал наезжать:
- Елена, опять вы, – произнёс устало и даже с некоторым отвращением.
Ну и хам!
Посоветовала этому красавцу ехать дальше, скатертью дорога. Так на него разозлилась, что даже забыла о безвыходной ситуации: надвигается ночь, а я не знаю, куда идти.
Выслушав напутствие, в которое я постаралась вложить максимальную дозу яда и сарказма, Ричард гневно сверкнул изумрудными очами и пустил коня в галоп. Жеребец всхрапнул, хлестнул хвостом. Шёлковый плащ взметнулся над угольно-чёрным крупом…
Я с горечью смотрела, как удаляется всадник. Что же мне теперь делать? Силы давно закончились. Мне хотелось лечь прямо на траву и закрыть глаза.
Когда начался этот день? По ощущениям – лет сто назад. Я отправилась на станцию Бертринового экспресса в Раффе, потом перенеслась в Афратру… Два раза за сутки произнесла заклинание. У меня появилось подозрение, что после использования волшебства наступает своеобразный откат. Сейчас я чувствовала себя как выжатый лимон.
Двигалась вперёд на одном упрямстве и не знала, может, в этом нет смысла? А если надо развернуться и идти назад, в город? Или смогу заночевать прямо в поле? Но тут такая высокая трава… Есть ли в ней змеи? Бр-р-р…
Но не в лес же идти!
От бессилия и усталости едва снова не заревела. Как же я замучилась в этом Дархайне! Здесь всё против меня.
А спустя мгновение топот копыт, ещё не стихший, снова усилился. Поняла, что Ричард возвращается.
Он меня не бросил! Какое счастье!
Милый, чудесный дракончик…
Из последних сил я задрала подбородок, выпрямила спину и постаралась придать лицу гордое и независимое выражение. Надеюсь, в вечерних сумерках не заметно, что глаза у меня полны слёз…
Всадник спрыгнул с коня, молча приблизился, вымораживая хмурым взглядом, схватил за талию – и в следующий миг я уже сидела в седле. Не знаю, то ли это драконья магия работает, то ли мощь стальных мускулов, но я даже не поняла, как меня так ловко закинули на лошадь.
Зато вспомнила, что прошлый раз, когда мы встретились на дороге в Лан-дер-Флёр, меня усаживали в седло гораздо более заботливо.
Что поделать, помотала я мужчине нервы. Теперь он со мной не церемонится.
Сейчас, очутившись верхом на прекрасном сильном животном, я едва не застонала от счастья – так устала топать на своих двоих! Сразу же расслабилась, осела в седле.
Ричард взял коня под уздцы, и мы двинулись в путь. В полном молчании. Я запретила себе говорить, чтобы снова не задеть самолюбие дракона. А он, очевидно, не испытывал никакого желания со мной общаться.
Спустя некоторое время Ричард свернул с широкой дороги на тропу, убегавшую в луга. Надеюсь, он знает, что делает. Теперь моё сердце разрывалось от благодарности – как же хорошо, когда сильный мужчина принимает на себя руководство. Можно отдохнуть. В моём мире я давно уже забыла, что это такое, ведь я была мамой-одиночкой и все проблемы решала сама.
Сумерки продолжали сгущаться, вечерняя свежесть заставляла зябко ёжиться, луговые цветы и трава сильно пахли.
Куда же мы идём?
Я вдруг задалась вопросом, почему Ричард путешествует по стране верхом. Он же дракон! Обернись – и лети сквозь облака на чудовищной скорости, как реактивный самолёт. Чего он таскается по лугам и холмам, как какой-нибудь заурядный человечишка?
Надо будет обязательно расспросить об этом Ричарда. Но не сейчас, а чуть позже - когда он перестанет на меня злиться…
***
Теперь мы двигались по лугу параллельно кромке леса, темнеющего неподалёку. Рыцарь шёл быстрым шагом и даже время от времени переходил на бег – а его верный конь с удовольствием поддерживал инициативу хозяина.
Я видела, что Ричард полностью восстановился от своего загадочного недуга. Каким растерзанным и измученным он был в номере таверны, как метался на кровати… А сейчас несётся по лугу как олимпийский чемпион по бегу. Между прочим, это я его вылечила - спасла от огненной татуировки на руке! Тогда почему он меня ругает?
На ночлег мы остановились у огромного, похожего на секвойю, дерева с монументальным стволом. Оно одиноко возвышалось посреди луга. Ричард расседлал и отпустил коня. Уже окончательно стемнело, ночная прохлада холодила плечи, хотя от земли шло тепло.