«Прости», — все так же мысленно шепнула я, испытывая при этом разом навалившуюся усталость.
Уф, прямо все мышцы заболели, хотя я не двинулась с места. Ничего себе откат!
Я немного подышала, приходя в себя. Ну вот, вроде в голове прояснело и тело больше не болит. Искорки же улеглись обратно подремать. Ну и отлично. Для первого раз вполне достаточно.
Мой рассеянный взгляд упал на Маркуса. Он сидел в нескольких шагах от меня, наблюдая за тропинкой. На его лбу отпечаталась складка озабоченности. Верный слуга выполнял распоряжение графа, оберегал меня, а вовсе не расслаблялся под лучами солнышка.
Прежняя Аделин говорила о сиенском даре влияния на слабые умы. Интересно, как бы это могло происходить?
Ощущение разговора с природой было захватывающим, но идея того, что мне нужно будет копаться в чужих мозгах и как-то воздействовать на них, честно говоря, вызывала стойкое отторжение. Да, я теперь слилась с этим миром и была не просто обычной женщиной, но сиеной. Пусть наполовину, но — Аделин, аристократкой, на страну которой вероломно напали захватчики, убив брата и ранив отца. Миссию освободить Бельтэ от орманцев, заставить их уйти и забыть про нас я воспринимала, как свою личную, и многое бы сделала, чтобы ее осуществить.
И все же вторая часть меня, которая так и осталась Адой Образцовой, кривилась при одной мысли о вмешательстве в разум другого человека. «Он такой же, как ты, он обладает свободой воли. Тебе бы понравилось, если бы кто-то залез в твою голову и начал там распоряжаться, как хозяин?» — вопило все мое существо.
Да, если бы я увидела непосредственную угрозу мне или моим близким, я бы пустила в ход и это оружие, не раздумывая. Но угрозы пока нет. А граф Ланкастер — единственный, на кого я сейчас могла бы воздействовать, — не вызывает у меня ни должной ненависти, ни ярости, чтобы применить к нему эту магию без какого-либо чувства вины. Наоборот, кажется, я начала видеть в нем неплохого человека. Пусть он и ведет себя со мной как равнодушный властный лорд, однако складывается ощущение, что с его стороны это больше похоже на игру. Причем игру, не доставляющую ему особого удовольствия.
Я задумчиво потерла висок.
Вероятнее всего, Джеймс Эльсмир пытается заставить меня поскорее раскрыть свою личность и сбагрить обратно к бельтэйскому двору за существенный выкуп. Но при этом он не дал герцогу Суррею причинить мне вред, не причинил его мне сам и даже попросил своего личного слугу позаботиться о моей безопасности.
Ну вот и как такого заставлять что-то делать против его воли? Я вздохнула.
Впрочем, а не мчусь ли я впереди паровоза? Быть может, этот дар сиен вовсе и не принадлежит мне. Сегодня я попробовала раскрыть его немножко, и вон как теперь себя чувствую — будто пробежавший дистанцию марафонец, аж пот на висках выступил. Рановато мне еще на людях его опробовать.
И все же… Раз ощутив в себе магию сиен, от нее уже невозможно отказаться. Это я тоже поняла со всей отчетливостью. Так что я попробую… Потом. Попозже. Не на графе. И даже не на Маркусе. Лучше на ком-нибудь, неприятном. Чтобы не чувствовать себя перед ним виноватой.
В голове как-то сам собой возник мрачный образ лорда Суррея…
Глава 16
Как известно, человек предполагает, а Бог — людей, сиен и кого бы то ни было еще — располагает. Посему возможность потренироваться в магии внушения у меня возникла сразу же, едва мы с Маркусом вернулись в лагерь. Вот только осознала я, что это именно она, отнюдь не сразу.
Пришла в себя я после первого контакта с искорками довольно быстро — похоже, они же сами и восстановили меня, помогая адаптироваться к магии как можно скорее. Поднявшись с земли, я сказал графскому лакею, что хочу вернуться в лагерь и сходить к Марианне. Он тут же вызвался меня проводить, и я не стала отказываться: никаких страшно секретных разговоров я вести со знахаркой не собиралась, просто хотела проведать ее, а заодно порасспрашивать о лекарственных травах. Теперь, благодаря вернувшейся памяти прежней владелицы тела, я знала действие многих из них и собиралась запастись кое-чем, дабы не бегать каждый раз к лекарке.
Но стоило нам приблизиться к шатру, где обитала Марианна, мы услышали шум и громкие голоса. Даже не голоса, а самые настоящие вопли.
— …я сказал, ты во всем виновата, старая ведьма! Ты одна!
— Господин рыцарь, умоляю, я сделала все, что могла…