- Розалинда, - мягко промолвил он, - вы мне нужны. Живой. Мне нужна ваша помощь – то, что не смог сделать ваш отец. Потому, если вы сейчас добровольно отправитесь со мной, с вами не случится ничего дурного.
Вкрадчивый голос Кристиана обволакивал, будто дурманил меня. Отчетливое ощущение постороннего влияния не покидало меня, и я не могла избавиться от мысли, что действительно – этот мужчина пытается таким образом зачаровать меня, затянуть в свои сети, превратить в послушную игрушку. Но в эту секунду я была согласна на все, что угодно, лишь бы только не умирать!
- Розалинда, - мрачно промолвил Кристиан, - будет только хуже, если вы попытаетесь применить магию.
- Я не буду, - отрицательно замотала головой я. – Не буду колдовать. Клянусь!
Даже если б я очень сильно захотела, то все равно не смогла бы. Ведь настоящая Розалинда сказала, что забрала магию с собой! В тот мир, в котором жила я. И, очевидно, вместе с колдовским даром вселилась в моё тело. Мне же теперь попросту некуда было деваться.
Слезы застилали глаза. Я пыталась сдержаться и быть сильной до конца, понимала, что сейчас не время для рыданий, но не могла ничего с собой поделать. Соленые капли уже стекали по щекам, меня бросало то в жар, то в холод. Я знала, что не смогу ничего сделать с этим опасным, пугающим мужчиной, что сейчас нависал надо мной.
- Вы будете послушной? – поинтересовался принц Темных.
- Да, - прошептала я.
- Вот и замечательно, - усмехнулся он. – В таком случае, не вижу повода нам ругаться. В отличие от вашего отца, вы пока что не сделали мне ничего дурного.
Будто пытаясь приободрить меня, мужчина протянул руку, предлагая мне встать. Я послушно уцепилась в протянутую ладонь. Он рывком поднял меня и привлек к себе, и я, уткнувшись носом в плечо, тихо заплакала. Наверное, эта реакция показалась Кристиану абсолютно нормальной, потому что он лишь погладил меня по спине в попытке успокоить и не сказал ни единого дурного слова.
- Ну, полно, полно вам, - вкрадчиво промолвил он. – Если вы сделаете то, что я скажу, то совсем скоро сможете быть свободной.
- Свободной?
- Да, - легко ответил Кристиан. – А если согласитесь на сотрудничество, полагаю, я смогу организовать для вас дом где-нибудь в столице. Светлых практически не осталось, ваши услуги будут пользоваться популярностью. Светлые глупят, продолжая эту войну. Мы победили, но ведь это не означает, что мы будем уничтожать всех бывших врагов? Однако, ваш отец считал иначе.
Мой отец… Этот человек не был моим отцом, и я не хотела иметь с ним ничего общего. Убийца, пытавшийся уничтожить собственную дочь ради какого-то мифического общего блага! Впрочем, настоящая Розалинда, очевидно, была не лучше.
Если б я действительно могла помочь, выполнить то, что нужно принцу Темных, то даже не сомневалась бы – согласилась сразу! Но я понятия не имела, что ему от меня надо, и очень сомневалась в том, что действительно способна исполнить это.
- Не бойтесь, - прошептал тем временем мужчина. – Ничего страшного не произойдет. Главное, доверьтесь мне и не переживайте так сильно, Розалинда. У меня нет дурной привычки перекладывать на детей ответственность за деяния их родителей.
Я вздрогнула. От вкрадчивого голоса Кристиана мороз шел по коже. Однако, я очень сомневалась в том, что ему можно доверять. И ощущение его присутствия было какое-то… Необычное. Меня как будто обволакивало чужим колдовством, утягивало в неведомые дали, и я чувствовала, что попросту теряю рассудок, стремительно превращаясь в послушную рабыню, покорную каждому из его приказов.
Гипноз? Или как ещё назвать то, что он делал со мной? Я хотела бы задать ему этот вопрос, но чувствовала, что не способна выдавить из себя ни единого слова.
А мужчина тем временем подтолкнул меня к карете, виднеющейся вдали.
- Не делайте глупостей, Розалинда, - предупредительно прошептал он, распахивая передо мной дверцу. – И все будет хорошо.
Глава восьмая
Мне оставалось только покориться. Я послушно, ни жестом ни словом не смея возражать мужчине, забралась в карету и устроилась в уголке, сжалась, вновь обхватив себя руками. Болью в ноге напомнил о себе нож, засунутый в голенище сапога.