Отвернувшись от окна, я еще раз проверила плетение сонного заклинания, удостоверилась, что убрала за собой все следы:
Так, кровь я смыла, а все порезы обработала специальной заживляющей мазью — через пару часов даже рубцов не останется;
С помощью бытовых заклинаний привела спальню в первозданный вид — почти весь оставшийся резерв истратила, зато все восстановила;
С памятью любимого тоже пришлось поработать — вспомнила все, что знала о ментальной магии и раскинула сеть ‚якорей‘, из-за воздействия которых Рик будет помнить только жаркую ночь любви.
Вроде все правильно сделала, чтобы Рик не узнал о ритуале, но ощущение… будто упустила из виду что-то очень важное.
— Прощай, Рик… — горько усмехнувшись, неосознанно провела дрожащими костяшками пальцев по его щеке и почти сразу же отдернула руку. Нельзя.
Накинув капюшон, осторожно натянула перчатки, чтобы спрятать следы, покрывшиеся тонкой корочкой засохшей крови, и укуталась в мантию. А потом ушла, плотно прикрыв за собой двери. В чужом доме старалась особо не задерживаться, поэтому сразу же активировала три артефакта мгновенного переноса.
Почему три? Все просто: даже если Рику случайно взбредет в голову проверить целостность охранного купола и удастся найти в нем небольшую брешь, то конечную точку он не сможет отследить. С другой стороны, это может быть всего лишь моя банальная паранойя.
Артефакты замерцали. Драгоценные камни накалились, потяжелели в ладонях, а на их гранях проявились золотые руны. Секунда. Резкая вспышка света. Едва ощутимое колебание магических потоков. И распахнула глаза, уже находясь в другом месте, а сквозь пальцы посыпались песчинки, оставшиеся от артефактов.
Огромный пустой зал, отделанный красным мрамором, где в центре располагалось двенадцать колонн — врата — основа порталов, рассчитанных на большие дистанции. Каждый шаг, каждое движение, даже шорох — все отзывалось глухим эхом.
Как и ожидалось, ведьма уже ждала меня. Скрюченная, в грязно-сером балахоне, напоминающем льняной мешок, она прокручивала в руках трость, будто пыталась в ней что-то найти.
— Ты опоздала, бестолковая, — не скрывая недовольства, проскрипела Грэтхен и наградила меня тяжелым пристальным взглядом. — Ну-ну. Вижу, поставила ты на себе крест, девка, а последствий-то не боишься? Душа — тонкая материя, она не боится ни преград, ни расстояний. Один твой неверный шаг станет погибелью, а другой - возродит из пепла, но какой ценой. Готова ты ли к такому?
Старуха хмыкнула сама себе. В ее прозрачных глазах вспыхнул и тут же погас странный огонек.
Ходят слухи, что ведьма насквозь видит судьбы и души каждого человека. Еще читает мысли. А еще говорят, она хранитель древнего источника силы, способного менять ход времени, а ей самой больше пяти веков. Хотя выглядит она и впрямь так, что, кажется, еще чуть-чуть и песок посыплется…
Правда все это или просто слухи, не знаю, но особа она и впрямь впечатляющая. Производит такое неизгладимое впечатление, что аж волосы дыбом встают! Особенно, когда Грэтхен говорит загадками, а говорит она ими всегда и везде.
Не зная, что ответить на такое заявление, я лишь пожала плечами. Молчание — золото, а там будь, что будет.
— Да ладно, это так… просто мысли вслух. Не обращай внимания, — отмахнулась она и стукнула тростью. — Зэтарэйя-гойт!
Трость рассыпалась, превращаясь в три песчаных вихря. Разрастаясь, они закружились вокруг колонн. Быстро-быстро.
Появился завывающий ветер и воронка, а в ней громыхнула первая молния, сопровождаемая колебанием магических потоков. Затем вторая. Третья. Четвертая.
Ветер усиливался. Молнии сверкали еще ярче.
— Ну? Чего стоишь? — поторопила ведьма. — Иди уже!
Ну я и шагнула в зыбкую темноту. Опять резкая вспышка света, озарившая пространство. Лишь потом, распахнув глаза и сделав первый шаг, поняла, насколько самонадеянной оказалась, но только упрямо сжала зубы, не желая сдаваться без боя.
Внутри все горело, кипело, бушевало, заставляя вернуться, одуматься… Чувства пытались выплеснуться наружу. Тупая, ноющая боль разъедала, безжалостно разрывала все самое светлое в моей душе, чтобы потом распуститься ледяным цветком, заморозившим все вокруг.
С каждым шагом, с каждой секундой я все отчетливее понимала, что теряю частичку себя. Безнадежно.
В принципе, ставя завязки заклинания лишь на себе одной, я знала, на что подписываюсь. Знала, но не ожидала, что будет настолько… плохо. Ведь чем дальше я нахожусь от Рика, тем мне больнее, тем сильнее меня будет тянуть обратно и тем меньше во мне останется человечности — не такая уж и большая плата за жизнь любимого.