Выбрать главу

– Вы слышите? Я танцовщица! И я гражданка Америки. Мое посольство…

– В Баслааме нет такого посольства. Мой господин не признает твою страну.

– Лучше бы ему признать ее. Или… или… Когда на ней остались только трусики и лифчик, мужчины швырнули ее на пол. Леанна с трудом доползла до стены и зажмурилась. Может быть, это только сон. Конечно, сон! Не может быть, чтобы все это было правдой, не может, не может…

Мужчины тем временем втащили в комнату огромную деревянную лохань…

– Сними нижнее белье, – резко произнесла распоряжавшаяся здесь женщина. – Хорошенько вымойся. Если ты будешь недостаточно чистой, тебя накажут. Мой господин, султан Асаад, не потерпит грязи.

Так это импровизированная ванная комната! Вот почему здесь в полу отверстие.

Все это вдруг показалось ей настолько запредельным, что Леанна начала хохотать. Давиться от смеха. Служанки смотрели на нее, не веря своим глазам. Одна хихикнула и прикрыла рот рукой, но недостаточно быстро. Начальница отвесила ей оплеуху и в ярости повернулась к Леанне.

– Возможно, ты хочешь появиться перед моим господином вся в синяках?

Леанна бесстрашно взглянула в глаза своей мучительнице. Ей нечего было терять.

– Возможно, это вы хотели бы появиться перед ним и объяснить, как умудрились повредить товар?

Лицо женщины побелело от гнева. Сердце Леанны учащенно забилось, но она хладнокровно улыбнулась.

– Прикажите своим головорезам уйти, и я залезу в эту ванну.

В помещении повисла тишина. Но уже через несколько секунд женщина рявкнула что-то на своем языке, и мужчины вышли из комнаты.

Леанна сняла трусики и лифчик и погрузилась в горячую воду. Пока ее тело расслаблялось в воде, мозг лихорадочно работал, пытаясь придумать план побега.

К несчастью, к тому времени, когда она была признана достаточно чистой для султана Баслаама, ей так ничего и не пришло в голову.

ГЛАВА ВТОРАЯ

На своем веку Кэм повидал много мест, переживавших перелом в своей истории. Но здесь речь не шла о переломе. Баслаам терпел крах. Не нужно было быть шпионом, чтобы понять это.

Никаких людей. Никаких машин. Серое небо, в которое отовсюду поднимаются струйки дыма. И множество стервятников, кружащих высоко над землей.

Да, дела в султанате действительно обстоят паршиво, подумал Кэм мрачно.

Со стороны Ддаира объяснений увиденному не последовало, а Кэм был достаточно умен, чтобы ни о чем не спрашивать.

Султан ждал его в мраморном зале с высокими потолками, восседая на золотом троне. С первого же взгляда Кэм понял, что это совершенно не тот человек, которого описывал ему отец.

Султану, по словам Эвери, было за восемьдесят. Небольшого роста, щуплый и жилистый. Мудрый решительный человек с суровым взглядом.

Мужчине, сидевшему на троне, было лет сорок пять. Он был большим. По-настоящему большим – целая гора мышц, которые уже начали заплывать жирком. Единственным сходством между человеком, которого описал Эвери, и этим бегемотом был взгляд последнего, но в нем читалась скорее жестокость, нежели решительность.

Адаир представил их.

– Ваше превосходительство, это мистер Кэмерон Найт. Мистер Найт, это наш обожаемый султан, Абдул Асаад.

– Добрый день, мистер Найт.

– Ваше превосходительство. – Кэм вежливо улыбнулся. – Я полагал, что вы старше.

– Да, конечно. Вы думали, что встретитесь с моим дядей. К несчастью, он скоропостижно скончался неделю назад.

– Примите мои соболезнования.

– Благодарю вас. Нам всем его недостает. У меня были те же предположения относительно вас, мистер Найт. Я думал, что глава «Найт ойл» гораздо старше.

– Компанией владеет мой отец. Я его эмиссар.

– Вот как. И что же привело вас в нашу скромную страну?

– Мой отец подумал, что султан… Правильнее будет сказать, он подумал, что вы, – произнес Кэм с любезной улыбкой, – можете захотеть обсудить последние детали контракта со мной, а не с его обычным доверенным лицом.

– А почему я должен этого захотеть?

– Потому что мне даны неограниченные полномочия. Я могу заключить соглашение от его лица. – Кэм заговорщически понизил голос. – Никаких посредников, которые лишь замедляют дело.

Султан кивнул.

– Прекрасное предложение. На самом деле у нас с вашим предшественником возникли разногласия в некоторых областях. Он хотел внести изменения в текст контракта, который мы с вашим отцом уже согласовали.

Вздор, подумал Кэм, и снова улыбнулся.

– В таком случае очень хорошо, что сюда приехал я, ваше превосходительство.

– Уверен, Адаир объяснил вам, что джентльмен, о котором идет речь, отправился осматривать равнины по ту сторону Голубых гор.

– Он упомянул об этом.

– Это была моя идея. Я подумал, что ему не повредит ненадолго уехать из города. Передохнуть. Так, кажется, это у вас называется? Равнины очень красивы в это время года.

Эта ложь не имела ничего общего с тем, что говорил Адаир, и лишала Кэма последней надежды на то, что представитель его отца еще жив. Однако он выдавил из себя улыбку.

– Уверен, что он отлично проводит время.

– О, я гарантирую: ничто не мешает его отдыху. Мерзавец даже осклабился от двусмысленности этой фразы. Кэму снова пришлось подавить в себе желание броситься на него. При таком количестве охранников он не сможет приблизиться к трону и на расстояние десяти футов.

– Пока он отдыхает, – продолжил Асаад, – мы с вами можем завершить дела.

Султан хлопнул в ладоши. Адаир торопливо подошел, держа в руках ручку и стопку документов, которые Кэм сразу узнал.

– Нужна лишь ваша подпись, мистер Найт. Так что не будете ли вы так любезны?..

Вот оно что! Вот почему посланник отца был мертв – и почему Кэм все еще жив. Асааду нужна была его подпись.

– Конечно, – сказал Кэм спокойно. – Но сначала я хотел бы немного отдохнуть. Путь был неблизкий.

– Подписать документы несложно.

– Вы правы… Вот почему это, конечно же, может подождать до завтра.

Глаза Асаада сузились, но голос его по-прежнему звучал любезно.

– В таком случае позвольте мне помочь вам снять стресс от перелета. Я устрою небольшой праздник в вашу честь.

Кэм склонил голову.

– Благодарю вас, ваше превосходительство. С превеликим удовольствием.

Вечер начался с обильного пиршества. Подносы с жареным мясом, восточными сладостями, выпечкой… И блюда с традиционными кушаньями, ингредиенты которых были очень специфическими.

При виде их Кэм почувствовал желудочный спазм. Но все же смог вежливо улыбнуться, отрицательно покачать головой, изображая отказ… и вдруг заметил, что над столом повисла тишина. Несколько дюжин вооруженных людей молча смотрели на него.

Султан поднял бровь.

– Это изысканный деликатес, мистер Найт… но мы поймем, если вы не готовы отведать его. Не все мужчины могут сравниться с мужчинами Баслаама.

После этих слов Кэм уже не мог отказаться.

Когда он проглотил последнюю ложку, в зале послышался шепот. Кэм улыбнулся султану. Асаад проиграл первый раунд, и ему это не понравилось.

Через некоторое время Асаад поинтересовался:

– Вы ездите верхом, мистер Найт?

– Немного, – скромно ответил Кэм.

Спрашивать коренного техасца, ездит ли он верхом, было все равно что спрашивать голубя, умеет ли тот летать.

Мгновение спустя они оказались на просторном внутреннем дворе, освещенном факелами. И, вскочив на полудиких пони, на бешеной скорости носились но утоптанному песку, играя в игру, в которой использовались толстые, как бейсбольные биты, палки, кожаный мяч и свисавшая с дерева веревка с петлей. Кэм понятия не имел, какие в этой игре правила, но он удержался на своей храпящей лошадке, увернулся от размахивающих палками игроков и точным ударом отправил мяч прямо сквозь петлю.

Люди султана одобрительно зашумели. Асаад побагровел и прикрикнул, требуя тишины.