Я обращалась за помощью к матери. Смешно, да. Но надежда умирает последней. Она холодно заметила, что мне далеко не двадцать лет, и если я разведусь в своем возрасте с мужем, у всех будут вопросы. Почему он развелся со мной? Что со мной не так? И, вообще, что меня может не устраивать? Молодой крепкий красивый мужчина. С достатком. Из приличной семьи с громким именем. Чего мне еще хотеть? Любви?.. Тут мать картинно рассмеялась, звук получился такой, будто рассыпались ледышки вокруг...
- Тебе лучше открыть, - послышалось вновь; он поскреб ногтем по двери –жуткий эффект.
Обхватила себя руками. Нестерпимо холодно.
- Уходи, Артур. Я не открою, - получилось как мольба, совсем не твердо.
В ответ – тишина. Я еще с полчаса прислушивалась, пытаясь угадать шаги Артура. Мой муж может двигаться как тень, беззвучно.
Прошла к зеркалу в ванне. Внешне я выглядела безупречно. Идеальный макияж, прическа, одежда. Фигура. Я среднего роста, худощавая. Глаза – темно - голубые, кажутся серыми. Я – натуральная блондинка. Белая кожа, на которой слишком очевидны синяки. У меня нереальные запасы качественного тонального крема. Всегда подбираю одежду так, чтобы максимально скрыть то, что не должно быть увидено. Сколько раз ловила на себе завистливые взгляды жен партнеров нашей семьи. Все считали Артура Строганова – лакомым кусочком, красивым мужчиной с великолепной карьерой и достатком. Идеальный мужчина.
Я любила горячую ванну с пеной. Запах персика делал меня мечтательной, расслабленной, выбивал из мрачной реальности. Я долго проводила водные процедуры, нежась в пене. Мазала мазями все тело. И в этот раз впервые не использовала фен, не сделала укладку. Оставила волосы сушиться естественным путем. Вышла из ванной комнаты.
Холодно. Содрогнулась. Поток ледяного воздуха резанул по распаренной коже. Окно приоткрыто. Странно. Моя комната – на втором этаже и я точно помню, что всегда закрываю окна. Чувствительна к сквознякам. Слабый иммунитет. Закрыла окно. Осмотрелась. Напряжение лупило по вискам. Кажется, в воздухе чувствуется терпкий запах парфюма моего мужа. Тяжелый аромат, как и его характер. Осматриваюсь еще раз, выделяя мелочи. Проверила дверь: заперто изнутри.
Выдохнула, прошла к прикроватному столику. Все произошло в мгновение. Лишь увидела, как нечто мелькнуло, перепрыгнув кровать, врезалось в меня и впечатало в стену, предварительно подставив большую ладонь. Чтобы я не разбила лицо об камень, спрятанный под красивыми обоями.
- Похоже, воспитательный процесс не усвоен, так, жена? – зашипел мне в ухо Артур. – Сама вынуждаешь. Сама. Не надо искать виноватых, Ксения.
- От… пус… ти… - прохрипела я, зажатая между стеной и его жестким телом, пышущим силой; мой муж немыслимым образом забрался на второй этаж и пробрался ко мне в комнату! – Я действительно устала! У меня все тело в синяках! Я не резиновая кукла, Артур! Я человек, у меня может болеть от твоих жестких действий! Ты хоть раз думал об этом?! – ощутила, как тело мужчины застыло на секунду, он немного послабил хват. – Мне… мне больно. Мне нужно восстановиться после… секса… с тобой. Мне больно…
- Тебе больно, потому что ты фригидная, - проговорил муж. – Ты никогда не перенимала инициативу. Не руководила процессом. Фригидная. Ты даже родить не можешь. Брак.
- Пошел ты на х*й, Артур! У тебя на руках – все справки! – повернулась в его руках, потому что он позволил; смотрела на него с ненавистью. – Я – совершенно здоровая женщина. И под своими пальцами я получаю оргазмы. И я мокрая! Понятно тебе, чурбан? Кусок льда. Снеговик! Сухарь! – выплевывала слова ему в лицо.
Тут же мне прилетела пощечина. Совсем не больно. Контролирует себя. Он всегда контролирует себя. Отошел от меня на пару шагов, принялся расстегивать ремень, поглядывая в мою сторону. Сжала кулаки. Зубы. Дышала шумно. Артур делал все выверенными движениями. Губы кривились точно в оскале, обнажая зубы. Муж достал из штанов ремень, рассматривая его. Складывая вдвое. Он что, хочет связать меня? Я не выдержу…
Взмах рукой, свист рассекает воздух, чувствую ожог на предплечье. Ойкаю. Моргаю пару раз. Меня только что полосонули ремнем.
- Ты… Ты охренел, Артур? – вырывается изо рта.
- Ты отбилась от рук, Ксения. Я сейчас занят, милая, но совсем скоро у меня появится больше свободного времени, и я его все посвящу тебе. Ты будешь под моими пальцами мокрая. И будешь кончать по моему приказу. Ты научишься, - кривится Артур, снова ремень обжигает кожу, я вскрикиваю.
Снова рука поднимается и еще пару ожогов остается на моей коже, что уже наливаются багровым. Очередной удар, и я чудом ловлю ремень, сжимая кожу в кулаке. Сама не знаю, как так получилось. Инстинктивно. Артур смеется, показывая крепкие зубы. Прищуривает глаза.
- Уходи, Артур, - шиплю сквозь зубы. – Есть определенные линии, которые переходить нельзя. Есть слово «нет». И я тебе говорю: НЕТ. Не сегодня. Уходи. Совсем скоро будет организован прием твоим отцом. Придут очень важные люди. Алмазовы – в их числе. И ты хочешь, чтоб твоя жена вышла вся в синяках? Истерзанная? Уверена, не все так относятся к женщинам, как ты. Кое – кто может не понять.
- Я уйду, но не записывай это на свой счет. Ведь скоро у меня будет много времени, чтобы научить тебя определенным командам и выработать нужные рефлексы, милая, - скалиться муж, отпускает ремень, что безжизненно виснет в моих руках. – Спокойной ночи, Ксения, - звучит зловеще, до мурашек по коже.
Он открывает дверь и выходит. Я тут же запираю снова, бегу к окну, отбрасывая ремень. Открываю окно нараспашку, смотрю с высоты второго этажа особняка. Как, ради всего святого, Артур забрался на второй этаж?! Он что, гребанный человек – паук? Больной ублюдок!
Смотрю на снег, что красиво бликует в свете молочной огромной луны и желтых фонарей. Морозный воздух окутывает меня, пощипывает кожу, что горит от ранений. Я дышу полной грудью, волосы развиваются сзади. Глаза слезятся. Хочется запустить руки в снег. Он кажется пышным. Точно горы сотен меленьких алмазов, переливается, манит. Как алмазная картина. Только моя картина слишком в темных тонах. Мрачная. И жестокая.