- Сука сестра, может, и сбежала, но ты, милая женушка, еще здесь. Поэтому повторяю еще раз: следи за своим языком. Ты говоришь такие вещи, которые также можно расценить как предательство, - оскалился мужчина мне в лицо.
- А ты… оцени… - прохрипела я, полностью расслабляясь, впитывая холод, боль, давление.
Артур хмыкнул, провел носом по моей щеке. Стало жутко… Вот реально жутко! Я перестала дышать. Замерла. Он шумно выдыхал, принюхивался точно зверь, опаляя своим дыханием нежную кожу. Где – то под потолком с особой силой завыл вихрь. Артур послабил хватку, зарывшись носом в мои волосы. Его рука скользнула по груди, сжимая полушарие. Тело прошила дрожь страха. В уголках глаз скопились слезы, что жгли раздраженную кожу. Меня выкручивало от его касаний, хотелось сбросить стальные руки, что ощущались точно цепи – холодные, жесткие, резали, избивали, но никак не ласкали. Затягивались на теле сильнее.
- Какого хрена! – вопль Геннадия Ивановича разрушил гнетущее состояние; я сделала спасительный вдох, будто вынырнула из вонючей топи. – Что происходит в этом доме?! Моя дочь сбежала! Мою жену похитили! Что, нахрен, происходит?! Где Богачев?! Где Артур?!
- Клавдию Ивановну похитили? – вытаращила я глаза; Артур сцепил и без того тонкие губы, что стали бледными.
Желваки на его скулах заходили, взгляд заблестел, стал невыносимо жестким. Артур хочет убивать. Он перехватил меня за руку, потянул за собой, вышагивал солдатским шагом. До сих пор не понимала, кто организовал нападение на особняк. И как так получилось, что Клавдию Ивановну похитили?.. Надеюсь, с ней все в порядке… Кашель раздирал легкие, но Артур пер вперед точно атомный ледокол, не обращая на меня внимания.
Я едва поспевала, тащилась, постоянно спотыкаясь и пытаясь вырваться из железной хватки мужа. Я не помощник в решении подобных задач. Я хочу принять пахучую ванну и закутаться в теплом одеяле. Сделать вид, что все, что я пережила – только дурной сон. Но половина особняка по - прежнему стояла разрушенной, вокруг пахло паленым, по полу осел пепел, что неприятно скользил под ногами, оставляя белесые полосы. Мы вышли в малый холл, где находились Строганов – старший, безопасник, Глеб Алмазов и еще пара крепких мужчин, выглядящих как наемники из американских боевиков.
- … план такой. Это идеальное решение. И я пришлю вам в помощь бригаду наших рабочих, они помогут разобрать и отстроить пострадавшую часть дома в кратчайшие сроки, - говорил Алмазов – младший; он тоже был мощного телосложения, в легкой футболке, что облипала рельефные мышцы.
Но, казалось, не чувствовал холода. Да уж, вот это генофонд у Алмазовых. Настоящие богатыри. Я сильнее закуталась в пальто. Артур с силой вцепился в мое запястье, что уже начало ныть и скоро отвалиться, если он не послабит хват.
- Хороший план, - кивнул Строганов – старший; Глеб повернулся в нашу сторону.
Парень смотрел на меня. Железобетонное спокойствие окутало меня, накрыло, как одеяло. Зеленые глаза, красивые. Взгляд проницательный, как и у брата. Словно на тебя смотрит не молодой парень, а старик, который пережил очень многое. И понял суть жизни. Если за Леной отправят погоню, то пусть ее найдет первым именно Глеб. Он не причинит ей зла. Нет, при любом раскладе. Что – то было в мужчинах рода Алмазовых, что – то, что притягивало женское внимание на чисто интуитивном уровне. Некое знание, что они трепетно будут относиться к женщинам. Не так, как мой муж или съехавший с катушек Богачев. Надежность. Защищенность. Вот какие флюиды я ощущала, смотря на парня, который был младше меня, как минимум, на десять лет. Но в нем ощущалась сила. И это было позитивное ощущение, благородное. Мой муж источал энергию разрушения. А Алмазовы ассоциировались с созиданием, несмотря на военный опыт.
- Артур, где тебя черти носят! – зашипел Геннадий Иванович. – Отпусти свою жену! Твою мать похитили! Твоя сестра предала нас! Сбежала! А ты где – то прохлаждаешься!
- Женщину нужно отвести к медикам, - проговорил мягко Глеб. – Я отправлюсь за Еленой. Мои люди уже восстанавливают последовательность действий нападавших.
Артур отпустил меня, Глеб кивнул одному из мужчин. Тот неслышно отделился, прошел ко мне, рукой указывая в сторону мед крыла. Видела, как одобрительно закивал Строганов – старший. Я выдохнула, сопровождаемая человеком Алмазова. Хочу поехать в гостиницу. Как только меня обследуют, хочу уехать из особняка, избавиться от впечатления, что я нахожусь в разрушенном готическом замке, где происходили страшные вещи.
Медики долго водили вокруг меня хороводы, измеряли давление, сделали пару уколов, проверили позвоночник. Я, наконец, переоделась в теплый халат, тапочки. Умылась. Макияж размазался, оставив уродливые потеки по скулам, кожа покраснела в том месте, где я вытирала слезы платьем. Мне нужно сделать пару масок, чтоб убрать воспаление. Вымыть волосы. И Алмазов еще заигрывал со мной…
По телу разлилось приятное послевкусие, стоило мне только воскресить в голове образ медведя Павла. Я не понимала, что происходило со мной, но, определенно, мне нравились эти ощущения. Будто лед, что сковывал меня, начал понемногу трескаться. Когда меня выпустили из мед крыла, меня поджидали пара мужчин в форме, которые должны были проводить в мою комнату.
Она оказалась не затронутой взрывной волной, не разрушенной сильными взрывами. Артура я не увижу, самовольно мне не позволят покинуть стены особняка. Я видела множество рабочих во дворе и по улице, людей с автоматами, машины… Вокруг стоял гул, что приятно оживлял ледяные стены особняка, которые уцелели. Будто я попала в большой человеческий улей. Медленно плелась по темным коридорам, мужчины сзади подсвечивали мне путь, терпеливо сопровождая. Будто я заключенная. Так и было. Пленница.
Из недр коридора выросли два силуэта, двигались в нашу сторону. Сердце приятно дернуло. Алмазовы. Тихий говор отбивался от стен, оживляя их. Павел уже был переодет в черную форму, выглядел внушающе и страшно, немного бледный, с темными залегшими кругами под глазами.
- Ксения, - проговорил он, цепко изучая меня, немного прищурив глаза.
- Алмазов, - поджала губы, сильнее закутываясь в свой халат; оба мужчины казались колоссами по сравнению со мной.
Тут же вспомнила все те пошлости, что он говорил мне. Отвлекал мое внимание. Чтобы мне было не так страшно. Чтобы я злилась на него, нервничала, а не сосредотачивалась на опасности, что таилась снаружи… Я была благодарна. Сейчас он выглядел как настоящий полководец. Мужчины расступились, пропуская нас. Я не упустила взглядов братьев, которыми они обменялись. Нечитаемые. Посыл, который поняли только они. Запекло в затылке. Хотелось обернуться, но я шла вперед, для верности – поближе к стене, касаясь ледяной поверхности пальцами, чтобы не упасть. В уголках глаз снова копились слезы, которые я пролью, когда уже буду в ванной. Артур обещал решить вопрос с горячей водой, так как часть коммуникаций была повреждена. Охрана осталась под моей дверью, когда я прошла в свою комнату. Первым делом закрыла окна. Увидела Глеба, что садился в машину вместе с еще одним мужчиной.
Тьма сгущалась вокруг луны, что безжалостно взирала на людей, работающих над полуразрушенным особняком, на сизый лес, окутанный плотными снегами, что переливался алмазами в скупых молочных лучах. Долго стояла, смотрела в окно, точно статуя изо льда, что медленно оттаивала. Мысли текли вяло, бессвязные обрывки. Холод постепенно отступал. Отогревалась.
Павел Алмазов
Я задумчиво провожал взглядом маленькую фигурку, закутанную в серый теплый халат. Ее сопровождали два наемника. Еще бы. Из семьи Строгановых исчезли сразу две женщины. Осталась последняя.
- Красивая женщина, - проговорил брат, усмехаясь.
- Красивая, - получилось мягче, чем я хотел; Глеб оскалился, понял, что мне понравилась куколка Ксения.
- Какие планы? – едва заметно изогнул бровь брат.
- Большие, - прицокнул языком, заставляя себя повернуть мысли в нужное русло. – Если бабуля права, и мы получим доказательства того, что это красочное представление – для нас… Пожалуй, я поддержу желание бабули закидать Строгановых гранатами.
Глеб хмыкнул, хлопнул меня по плечу.
- Я еду за Еленой, - проговорил он; заметил, как брат чуть прищурился, в предвкушении.
Интересно, что его интересует больше: поиски или сама женщина, за которой он поедет?.. Женщины Строгановых, определенно, пришлись нам по вкусу. Красивые. Стойкие. Им не место в подобной семье. Как заставить врага допускать ошибки, выбить его из колеи? Завладеть тем, что дорого. В данной ситуации – это женщины. Бабуля землю носом роет, чтобы докопаться до правды. И, зная эту женщину, уверен, она найдет. У нее удивительное чутье. Она уже ведет переговоры с Астаховыми – оппонентами Строгановых. Именно Астаховых Геннадий Иванович обвиняет в нападении на особняк. Что ж, скоро узнаем.