Машина замедляла ход. Мужчины продолжали говорить терминами, от которых я была далека. Кто – то из них проверял аппаратуру. Послышался хруст снега под колесами. Уткнулась носом в свою шубку, что мягко щекотала мехом. Артур взял меня с собой, куда бы он не направлялся. Случись это парой недель раньше, я бы обрадовалась, начала бы себе выдумывать то, чего нет. Наделять мужа теми чувствами, которые он не испытывает. Облачила бы его в начищенные рыцарские латы. Сейчас я понимала, что слишком глубоко вовлечена в мужские игры. Про мои чувства никто не думает.
Я – ресурс, ставший внезапно ценным. Разменная монета, которую внезапно все захотели заиметь. И что мой муж настолько честолюбив, что готов подвергнуть меня опасности, взяв с собой в свое путешествие. Потому что, черт подери, нормальные люди не путешествуют в сопровождении мини – армии, где есть и медики, и солдаты, и техники. И куча оружия. Ледяная дрожь прошила вдоль позвонка, сонливость и размягченность тела как рукой сняло. Я вся напряглась как тетива. Голова будто чугунная.
- Милая, поднимайся, не сопи. Твое дыхание изменилось около десяти минут назад. Я знаю, что ты проснулась, Ксения, и пытаешься понять, где мы, и что происходит вокруг. Шпионка, - хмыкнул муж, уловила потоки воздуха от его движения, в салон ворвались порывы ледяного ветра, кидая мне в лицо горсти колючих снежинок.
Мужчины, что сопровождали нас, вышли из машины, Артур подсел ближе, рассматривая меня. От него пахло терпкими духами. Красивый мужчина. И жестокий. Смотрю на него, ощущая страх, ожидая подвох, очередное режущее слово. Совсем не торкает, нет никаких чувств, кроме желания сбежать. Далеко – далеко. И никогда больше не видеть Артура Строганова.
Медленно поднялась и спросила на выдохе:
- Мне стоит начинать переживать?..
На шее мужа дернулся кадык. Он смотрел на меня странно… Пугал. Крылья его носа затрепетали. Возбужден. Скрестила ноги. Скрестила руки на груди. Именно туда скользнул потемневший взгляд мужа. Он хотел меня. Кашлянув, прочистил горло и открыл небольшую коробку, болотно – зеленого цвета. Увидела там штук пять шприцов, наполненных прозрачной жидкостью до половины, с иглами в колпачках. Напряглась.
- Артур… Что это? – кивнула на шприцы, потом перевела взгляд на мужчину. – Нар…ко… ти… ки?.. – получилось сипло от волнения, в моих глазах светилось неверие; мой муж не настолько скот, чтобы пичкать меня наркотой. Или?..
- Нет, милая, за кого ты меня принимаешь? Мне меньше всего нужна невменяемая жена с пагубной зависимостью, - оскалился Артур.
- Пагубной? Ты что, учил язык по словарю? – скривилась я в ответ, осматриваясь; сердцем чуяла, ничего хорошего в наполнении этих шприцов нет.
- Не ерничай, Ксения. Это витамины. Наш военный врач обследовал тебя и прописал лечение. У тебя ослабленный иммунитет, - говорил Строганов, его лицо было нечитаемым, серьезным.
- Ты стал таким… заботливым. Но я тебе не верю, Артур, - сердце колотилось быстро, сбивая дыхание. – Я никуда не убегу. Я не умею ориентироваться на местности, не владею навыками убийцы. Я не разбираюсь в оружии. Я – не воин. Ты это прекрасно знаешь. Не надо этого делать, что бы там ни было. Я останусь здесь, в машине. Я не выйду отсюда без твоего разрешения, - кивнула в сторону шприца, который он взял пальцами, постукивая по корпусу, чтобы убрать пузырьки воздуха.
- За кого ты меня принимаешь, если думаешь, что я стану вредить собственной жене? – голос мужа стал жестче, я ступала на тонкий лед, который может треснуть в любой момент и ледяная вода под ним поглотит меня, утягивая вниз.
- Ты систематически избиваешь меня. Ты унижаешь меня. Не считаешь за живого человека, я для тебя – точно брошь, которую модно иметь на пиджаке. Аксессуар. Ты изменял мне годами. И та шикарная женщина – одна из вереницы. Как думаешь, за кого я тебя принимаю, муж? – получилось с шипением, точно я – кошка; мне действительно захотелось впиться в мужчину ногтями, разодрать его холеное лицо.
- Следи за словами, жена, - губы Артура стали как ниточки. – Давай по- хорошему. Инъекция внутривенная. Руку, - скомандовал он, и я показала ему средний палец.
Секунды ушли на его замешательство. Мне нужно выиграть время и придумать, что сделать, чтобы избежать укола. Чем бы ни была жидкость, которая в шприце, я не хочу, чтобы она струилась по моим венам. Жесткая пощечина обожгла щеку внезапно. К такому никогда не привыкнешь. Всхлипнула, мое тело по инерции двинулось назад, я скатилась с сиденья, прямо на пол. Железный приторный привкус во рту. Теплое в уголке рта. Кровь. Разбил мне губу. Всхлип вырвался из груди против воли.
- Видишь, ты сама провоцируешь. Несговорчивая сука! Жена. Должна. Подчиняться. Воле. Мужа! Это же так просто! Но нет, надо сделать из меня монстра! – орал Артур; увидела небольшой ящичек за сиденьем, с инструментами – гаечные ключи разных размеров, отвертки, кажется, даже паяльник, еще советского образца…
Трясущаяся рука сама потянулась за отверткой. Ухватила ее крепко, так, словно от этого хвата зависела моя жизнь. Муж потянул меня за волосы, совсем не щадя. Взвизгнула, жалобно, беспомощно.
- Закрой рот, сука! – перехватил меня за предплечье; в его зубах был жгут. – Давай руку! – получилось не очень четко.
Наши лица оказались друг напротив друга. Слишком близко. Видела сдерживаемую ярость в его точеных чертах.
- Монстр! Ты - монстр! Кошмар, безжалостный! – получалось хрипло, сквозь зубы. – Не смей меня трогать, - с ожесточением отвела руку с отверткой назад и вдавила в его бедро, с силой.
Рык вырвался глубокий, из недр его груди, гремучей змеей. Вырвала отвертку, замахнулась еще раз, не совсем понимая, что делаю. С остервенением. С криком.
Он увернулся, попытался перехватить мою руку, но места для маневра было слишком мало для такого габаритного мужчины. Я скользнула мимо него, ухватив шубку, под отборный мат, пока он пытался развернуться. Точно жук, которого перевернули выпуклой спинкой и он беспомощно дергает ножками. Было бы смешно в другой ситуации. Судя по лицу моего мужа – он знатно ошалел. И мне не было смешно. Мне было страшно, до перехватывающих воздух спазмов в горле.
Выскочила из машины, побежав вперед. Не совсем соображала. Под удивленные взгляды мужчин, которые стояли возле машин, растянувшихся с обеих сторон от той, в которой была я. Кромка леса была близко, метров пять. Позади меня оставались трасса и муж. Я бежала вперед, быстро, жадно вдыхая колющий воздух. Сжимала окровавленную отвертку в одной руке и шубу – в другой. Не знала, что буду делать, ведь я действительно не понимала, как ориентироваться по местности, как выживать в зимнем лесу… Меня никогда не интересовали эти все полезные навыки, что стали модными в последнее время.
- Чего стали, идиоты! Ловите ее! – услышала рев Артура, пара сухих очередей заставила меня вскрикнуть и бежать еще быстрее, до боли в боку. – Не стрелять! Брать живой! Сука –а –а –а! Василий, ты и Авдеев – за ней! Остальные – ко мне! Часть едет на север! Если нас окружают, надо рассредоточиться. Она не убежит далеко! Не стоим! Работаем! Работаем! Работаем!
За мной гоняться как минимум двое. Я петляла среди елей и иногда встречающихся облысевших дубов. Оставляла за собой следы. Обливалась потом. Невыносимо жарко. Как мне действовать?! Паника стучала в висках, сжимала сердце, но я продолжала бежать вглубь леса, не думая о том, как я выберусь. Выберусь ли?.. Лес ведь не может длиться вечно…
Всхлипывала, хватая воздух ртом, комами поступающий в легкие, которым было мало. Не чувствовала ни холода, ни боли. Только бешено колотящееся сердце, которое жаждало убежать, вырваться из проклятого замкнутого круга, разгоняло кровь, пуская по венам адреналин, что напитывал меня. Заставлял безумно бежать в сгущавшийся лес. Становилось темнее. Холоднее. Сбивала снег с больших лап елей, которые цепляла неуклюжим движением. Снова начал падать снег, огромными хлопьями, что так и норовили залепить глаза. Пробиралась почти вслепую. Надеюсь, гигантские снежинки скроют мои следы. Стала прыгать, стараясь, чтобы мои шаги были еще мельче. Бежать в сапогах на высоком каблуке на снегу – то еще удовольствие. Но я не ощущала боли. Не ощущала ничего. Просто знала – нужно бежать.