– Ну нет, и что?
Неожиданно в помещение заплывают настоящие танцовщицы и извиваются в танце живота под негромкую инструментальную музыку.
Вот это гостеприимство по-восточному!
Сначала мы перед ними кувыркались, теперь они развлекательную шоу-программу для нас устроили.
Это мило с их стороны, пригласить в гости и игнорировать. Сидят где-нибудь в соседнем зале, покуривают кальян и... наблюдают за происходящим? Есть ли тут камеры?
Поднимаю глаза и насчитываю целых пять камер. Пять!
Они видели, как мы ели, во всех ракурсах. Хоть бы тренеру запись не показали, иначе нам крышка.
– Какой клёвый вечер! Но без мужиков скучно всё равно, – хихикает Окси.
А девушки всё танцуют и танцуют для нас без устали.
И хотя они прекрасно справляются со своей задачей, смотреть на них надоело.
Глаза сами ищут запретного – мужчин. Права Окси, некуда взгляд кинуть, всё уже рассмотрели в деталях. И каждую монетку на костюмах танцующих дам пересчитали.
После ночного обжорства мне захотелось выйти на воздух, и я спросила гида, можно ли посидеть на скамейке возле фонтана?
Женщина в хиджабе вызвалась меня проводить. Наконец-то мне пригодилось знание английского языка.
На улице значительно посвежело. Жара спала, и поднялся лёгкий ветерок.
Сажусь на скамейку и глазею по сторонам. Гид пообещала прийти за мной через десять минут.
Вдруг массивные ворота открываются, и во двор въезжает роскошная белая машина.
Из салона вылезает... Господи... Он...
Амир аль-Хадид.
Он одет в национальную одежду: во всём белом, как днём, только добавилась накидка с золотым тиснением. Нарядный до невозможности, словно король.
Мне хочется сбежать, но господин Аль-Хадид приковывает меня к лавочке взглядом.
Он будто не ожидал меня здесь увидеть, но быстро справился с эмоциями.
– Почему ты здесь, цветок? – спрашивает он строго.
– Я вышла подышать свежим воздухом, – отвечаю не своим голосом.
Да что со мной такое? Куда подевалась моя сонливость? И почему он назвал меня цветком? У них что, так принято обращаться к девушкам?
– Хочешь немного прогуляться вместе со мной?
Сильная рука со стильными дорогущими часами указывает на тропинку, вымощенную между фруктовыми деревьями.
Нервно поправляю волосы и встаю со скамьи.
И он принимает мои действия за согласие и неспешно идёт вперёд. А я почему-то иду следом...
Едва мы завернули за угол, где уже не такое яркое освещение, как господин Аль-Хадид повернулся ко мне и провёл двумя пальцами по моей щеке.
Он ничего не говорил, просто смотрел в глаза и трогал моё лицо.
От неожиданности я тоже проглотила язык.
– Красивый цветок, – говорит он изменившимся голосом. – Назови свою цену.
Глава 5
– Что? Какую еще цену? Что вы себе позволяете? – отшатываюсь от него.
Мне очень хочется залепить ему пощечину, но умом понимаю, что мне этого не простят. Я не знаю местных законов, и вдруг мой выпад сочтут за покушение на члена правящей семьи.
Но он меня оскорбил, черт возьми! Всё в его понимании покупается и продается. Нет, бедуин, это так не работает!
– Сколько ты стоишь? – настаивает он.
– А вы ничего не перепутали? Я гимнастка, а не проститутка! – выдыхаю возмущенно.
– Проститутки меня не интересуют.
– Я хочу уйти, – заявляю твердо, но Аль-Хадид хватает на меня за руку, прижимает мощным телом к стволу дерева и прикасается губами к моей шеи.
Прикосновение обжигает кожу, как факел. От места поцелуя отливает волна жара и распределяется по всему телу.
Опешив от такой наглости, я начинаю отталкивать его и махать руками, изображая лопасти вертолёта.
Но оттолкнуть такого огромного мужчину всё равно, что сдвинуть гору.
– Отстаньте от меня!
Аромат его парфюма дурманит.
Незнакомый волшебный мужской запах, ощущая который запросто можно уйти в грёзы о прекрасном принце. Но прекрасный принц никогда не спросит, сколько ты стоишь!
– Не сопротивляйся цветок.
– Какой я вам цветок? Меня зовут Алина. А-ли-на!
– Я знаю твоё имя.
– Пожалуйста, отойдите. Мне нужно вернуться в зал, – начинаю паниковать, хотя ничего ужасного он больше не делает.
Просто стоит вплотную и пожирает меня взглядом. Его длинные черные ресницы подрагивают, приковывая взгляд. Господи, зачем мужчинам такие густые реснички?!
– Три дня, – говорит он. – И три волшебных ночи, о которых ты будешь помнить всю жизнь.
О волшебных ночах заговорил, охальник! Значит, навёл справки, на сколько дней мы приехали. Хотя, о чем это я? Он же спонсор.