Но внезапно всё исчезло. Мари оказалась в глубокой пещере, тёмном и зловещем подземелье, которое служило тюрьмой для курогами. Вокруг неё висела мрачная тишина, нарушаемая лишь каплями воды, падающими с потолка. Стены были покрыты толстым слоем слизистой, липкой жидкости, которая стекала вниз, образуя лужи на земле. Эта жидкость, густая и вязкая, словно ожившая тьма, прилипала к каждому движению Мари, сковывая её и делая каждый шаг мучительным.
Пещера была не только мрачной, но и холодной. Холод пронизывал до костей, а от липкой жидкости исходил едва уловимый запах гнили и сырости. Мари попыталась двинуться, но липкость сковывала её, делая каждое движение невероятно трудным. Её ноги словно приросли к земле, а руки, обвитые цепями липкой субстанции, едва могли шевелиться.
Вдруг пещера наполнилась зловещим светом, и перед ней появился Эмма. Его лицо было искажено гримасой злорадства.
– Райдзин мёртв, – сказал он, его голос гулко раздавался в пещере. – А я достиг того, чего хотел. Теперь ты будешь страдать, как заслуживаешь!
Он грозно рассмеялся, его смех эхом разносился по пещере, усиливая ужас и отчаяние Мари. Сердце её разбилось в этот момент. Все её надежды, мечты и радости рухнули, оставив за собой лишь пустоту и боль. Она ощутила, как тяжесть утраты давит на её грудь, лишая её дыхания.
– Нет... Райт... – прошептала она, её голос был слабым и надломленным.
Слёзы текли по её щекам, смешиваясь с липкой жидкостью на земле. В её душе бушевала буря эмоций. Печаль, страх, безысходность – всё это заполонило её. Её мысли хаотично блуждали, как в тумане, и единственное, что она могла ясно ощутить, была невероятная боль.
Дни и ночи сливались в одно непрерывное мучение. Она не знала, сколько времени прошло с тех пор, как её заточили в этой пещере. В голове крутились образы Райдзина, его улыбка, его голос, его прикосновения. Всё это стало для неё невыносимо болезненным. Сердце её разрывалось от тоски и печали. Она потеряла всё, что было для неё важно. В этой темноте её отчаяние постепенно превращалось в ярость.
С каждым днём боль и печаль начинали мутировать, превращаясь во что-то тёмное и зловещее. Она ощущала, как зло проникает в её душу, как оно медленно, но верно поглощает её изнутри. Её голубые глаза начали наливаться кровавым цветом, отражая ту тьму, которая овладевала её сущностью. Гнев стал её единственным спутником.
Она думала о том, как Эмма разрушил её жизнь, как он лишил её самого дорогого. В её голове начала созревать мысль о мести. Она больше не могла думать ни о чём другом. Её любовь и доброта превратились в тёмную ненависть.
Превращение было мучительным. В какой-то момент, когда она лежала на полу пещеры, её взгляд упал на кольцо, которое Райдзин когда-то подарил ей. Оно всё ещё сияло, но его свет начал меняться. Она почувствовала, как тонкие струйки силы из кольца медленно вытекали и расползались по всему её телу и углублялись внутрь неё.
Каждая капля этой силы заполняла её жила, проникая всё глубже, соединяясь с её сущностью. Её кровь начала изменяться, становясь более густой и тёмной. Она ощутила, как кольцо, наполнившись тьмой, стало чёрным словно уголь. Сила, исходившая из кольца, вливалась в её тело, усиливая её гнев и ярость.
Она ощущала, как её тело меняется, как оно поддаётся тёмной магии, которая наполняла её каждый день. Её кожа стала бледной и холодной, её ногти превратились в острые когти, а её волосы потемнели и стали жёсткими. Она больше не была той Мари, которую когда-то знал Райдзин. Она стала демоницей, порождением тьмы, движимым одной лишь целью – отомстить.
Каждый её шаг теперь был наполнен злобой и решимостью. Она знала, что не остановится, пока не достигнет своей цели. Её новые силы помогали ей преодолевать любые преграды. Она училась использовать магию тьмы, направляя её на разрушение своих оков.
Её превращение завершилось в тот момент, когда она увидела своё отражение в одной из луж липкой жидкости. Красные глаза, когти и злобный оскал – всё это свидетельствовало о том, что Мари больше нет. Осталась лишь демоница, готовая к своему кровавому походу.