После долгого дня в храме Мари вернулась домой, где встретила родителей, вернувшихся поздно, как и всегда. Отец, строгий и суровый, уже сидел за столом, задумчиво смотря в тарелку с рагу, как будто пытался разгадать в нём свои мысли.
– Надеюсь, ты перестала ходить на торговую площадь, – произнёс он, не поднимая глаз. Его голос был тяжёлым, как грозовые облака.
Мари лишь молча кивнула, чувствуя, как его слова цепляются за её сердце, словно колючки, заставляя всё внутри сжиматься.
– Вот и не надо туда ходить, – продолжал он. – Мы потомки Ватацуми[1], нам не место среди шума и суеты. Завтра ты будешь помогать мне с подготовкой ко встрече с точимами[2] из Тюгоку[3]. Они, наконец, готовы идти на компромисс.
Мари вновь кивнула, соглашаясь. Она понимала важность этих переговоров, но мысли её всё ещё оставались где-то далеко, она переживала за Райта, а сердце тем временем печалилось о Торизу.
– Кстати, – добавил отец, поднимая глаза и задумчиво глядя на неё, – ты ходила в библиотеку?
– Да, отец, – сказала Мари, чувствуя, как её сердце начинает биться быстрее. Она начала переживать о том, не заподозрил ли отец пропажу тёмной книги. – Мне нужно было найти книгу о лечебных настоях. Один прихожанин храма попросил помощи, и я решила обновить свои знания.
– Он хоть представился? – спросил отец, пристально глядя на неё.
– Да.
– Вот и хорошо. Я рад, что ты вновь интересуешься знаниями, – сказал он, с улыбкой, в которой Мари услышала нотку гордости.
Мари выдохнула, её страхи растаяли, как утренний туман. О тёмной книге отец ничего не знал, и это принесло ей облегчение.
На следующее утро солнце снова осветило храм своими ласковыми лучами, словно обещая день, полный света и тепла. Прихожане начали собираться, принося свои молитвы и надежды, и Мари, как всегда, была среди них. В этот момент она заметила Райта, его лицо было омрачено печалью, и её сердце сжалось от плохого предчувствия.
– Что случилось? — спросила она, подходя ближе. Его глаза были наполнены слезами, и в них она увидела всю глубину его горя.
– Я... я не смог спасти отца, – прошептал он, и слёзы, как капли дождя, скатились по его щекам.
– О, нет, – тихо сказала Мари, чувствуя, как её сердце разрывается от боли и вины.
"Неужели я неправильно приготовила настойку?" – подумала она, осознавая, что могла допустить ошибку, которая стоила жизни.
– Мари, у меня есть последняя просьба, – сказал Райт, его голос дрожал, как лист под порывом ветра. – Можете пообещать, что вы её исполните?
Его глаза, полные мольбы, встретились с её, и она почувствовала, как его печаль проникла в её душу, оставив там неизгладимый след.
– Да, хорошо, я исполню вашу просьбу, – ответила она, чувствуя, как её голос дрожит от волнения.
– Сегодня вечером приходите на пристань. Мне не с кем разделить свою печаль. Я остался совсем один. Можешь ли ты меня выслушать? Сегодня вечером, – попросил Райт перейдя на «ты».
Мари кивнула, соглашаясь, и Райт, поблагодарив её, медленно ушёл, оставив её с мыслями и тревогами.
Весь день Мари работала, пытаясь сосредоточиться на своих обязанностях, но мысли о Райте и его горе не покидали её. Она закончила приготовления к приёму гостей из Тюгоку, но её мысли были далеко, на пристани, где её ждал Райт.
Когда наступил вечер, Мари поспешила к пристани. Там, на фоне уходящего дня и темнеющего неба, она увидела Райта, одетого в тёмно-синее кимоно, его фигура словно растворялась в сумерках. Он стоял, ожидая её, и в его глазах она увидела боль, которая пронзила её душу, как холодный ветер.
– Спасибо, что пришла, – тихо сказал он, и его слова, как лёгкий ветерок, проникли в её сердце, заставляя его сжиматься от горечи и сострадания. Мари подошла ближе.