— Бальтазааарррр! — мое шипение слилось с хором ежей. — Как ты нашел меня?!
Это был оживший кошмар. Но выглядел он до того абсурдно, что впору было хохотать до слез.
— Аня, я пришел за тобой, — он довольно улыбнулся. — Идем, пора убираться из этого жуткого места.
— Да катись ты к черту! — ударила кулаком, целясь по нему, но попала по веткам, отчего лепестки осыпались на пол.
Демон отошел, звонко побрякивая металлом. Выглянул из дома, плотно закрыл дверь и вернулся ко мне. Схватил за руку, стаскивая со стола.
— Идем, говорю! И какой идиот такую упрямицу в рай впустил?
— Я не пойду! Бальтазар! — отчаянно брыкаясь, закричала я. — Я заслужила рай! Отпусти!
— Нашла чем гордиться. Ты сбежала от меня! — он заломал мне руки и потащил к двери. — Но я верну тебя домой.
— Погоди, — прошептала я, чувствуя, как темнеет в глазах от страха. — Давай спокойно поговорим? Я выслушаю тебя, а ты меня.
— Это можно, — кивнул Бальтазар, отпуская меня.
— Что это на тебе? — потирая запястья, на которых расплылись синяки, спросила я.
— Шкура цербера, две дюжины защитных амулетов и крайне вонючее растение.
— Это азалия, Бальтазар, — закатила глаза я и принюхалась, уловив необычный аромат. Он исходил от демона. Утонченный, сладковатый. — От тебя чем-то пахнет. Странный запах. Не цветочный.
Он недобро прищурился и тут же сменил тему:
— Слушай, как мы поступим. Переплывем озеро, а там поднимемся вверх по равнине, к вратам.
— Я не видела равнины.
— Не перебивай. Минуем врата, и тогда ты отдашь душу, чтобы иметь все основания жить со мной в аду.
— А если не отдам?
Он нахмурился и проворчал:
— Такой вариант я не рассматривал.
— Но ведь он самый ожидаемый, — удивилась я. — Бальтазар, ты ведь хорошо знаешь меня, и то, что я не соглашусь уйти с тобой. Что ты задумал?
— Я должен забрать тебя отсюда. Остальное неважно.
— Что остальное? Мое согласие вернуться в ад? Ты его не получишь. Попробуешь забрать силой, я подниму такой визг, что сюда сбежится вся ангельская свита.
Он хмуро кивнул, соглашаясь с моими словами. Мы оба знали, что я останусь здесь, а ему придется уйти. Но на сердце все равно было тревожно.
— Почему ты надел шкуру цербера? — спросила я, разглядывая его наряд.
— Броня, — сухо пояснил он. — Если сниму — погибну. И ты, если согрешишь, находясь тут. Имей в виду.
— Поэтому я должна была отдать тебе душу за вратами?
— Да.
— А ветки зачем? На чем они держатся?
— Шкура обмазана смолой. Это маскировка, Аня. Так проще пройти незамеченным по саду.
Я подошла к нему и закрепила на шкуре упавшие ветки. Вернула на место цветы и не удержалась, приложила руку к его лбу. Со мной творилось неладное. Меня тянуло к демону с непреодолимой силой, а запах его, казалось, очаровывал.
— Тебе удалось, — прошептала. — Найти способ усмирить пламя.
Он кивнул.
— Идем со мной, — сказал серьезно и вдруг спохватился. Снял с пояса маленькую деревянную клетку и выставил ее перед собой. — Смотри.
— Что это?
— Птица. Я ведь говорил уже, что забочусь о своих наложницах. Эту птицу возьмем с собой, чтобы ты любовалась ею и не тосковала по раю.
Он в воздухе помахал клеткой, в которой подпрыгнуло бездыханное пернатое тело.
— Ты ее убил? — прошептала я, чувствуя, как горло спирает от жалости к несчастному созданию.
— Нет. Оглушил.
— Но в аду она все равно не выживет!
— Ничего, сделаю из нее чучело, чтобы сохранить внешний вид.
— Бальтазар, ты животное! — прорычала я и вырвала у него из рук клетку. — Убирайся! Видеть тебя больше не желаю.
Он недовольно поджал губы и шагнул к двери.
— Мы скоро увидимся, — произнес с угрозой в голосе и вышел из дома.
Я долго смотрела ему вслед и не могла унять стучащее в груди сердце. В этот раз мне удалось отбиться. Но что будет в следующий?
Я отнесла птицу в сад и положила на высокую ветку. Вернулась в дом и едва не упала на пол, чувствуя, что теряю сознание. Мне стало дурно. Голова кружилась, живот сводило болезненными спазмами, а кости ломило так, что казалось, они треснут все разом.
Едва я доползла до крыльца, чтобы позвать на помощь, она подоспела сама. Два белокурых ангела опустились на землю возле хижины. Один подхватил меня на руки, а второй звонким голосом пояснил, что райская жизнь для меня закончилась. Минутная слабость наедине с дьяволом запятнала мою душу так, что места этого я больше не достойна.
Глава 19
Ангел нес меня к вратам. И чем ближе мы подходили к лестнице, тем лучше мне становилось.