Лицо полыхнуло жаром. Бальтазар предан мне. Абсурд, но до чего приятно! И что важно, останься я в раю, была бы одной из множества безликих святош. А здесь… здесь я стала возлюбленной одного из могущественных демонов. Поганая перспектива, но дух захватывает!
Бальтазар рукой помахал у меня перед лицом, рассеивая эйфорию.
— О чем задумалась?
— О том, что душу ты не получишь.
— Да сдалась тебе она! — прорычал он, заканчивая мирные переговоры.
Я угрюмо возвела взгляд в небо, прося у Богов послать мне терпения. Битва с Бальтазаром за душу обещает быть ожесточенной.
— А ты дипломат, — хмыкнула я.
Он шумно выдохнул, успокаиваясь.
— С тобой я на удивление терпелив, — сказал Бальтазар. — Но не забывай, что ты моя наложница, и даже моя особая заинтересованность в тебе — не гарантия того, что я буду долгое время расположен к уговорам.
Я уставилась себе под ноги. Что будет, когда его особая заинтересованность во мне исчезнет? Через сколько веков меня постигнет участь потерявших свою привлекательность наложниц?
— А если появится другая Аня, которой ты увлечешься? Что тогда, Бальтазар?
Он долго молчал и наконец ответил:
— Время покажет.
Горько стало на душе. Тоскливо. Я почувствовала себя маленьким муравьишкой, смиренно сидящим в руках гиганта. Прихлопнет — не заметит.
В темницу возвращалась в паршивом настроении, а Бальтазар с задумчивым видом. Думал ли он прежде, что предпримет, когда страсть угаснет? Не мог не думать.
— Что стало с твоими наложницами, которые наскучили? — спросила я. Знать, что ждет меня не хотелось, но не знать в сотни раз хуже. Страх пока еще призрачными щупальцами уже пробрался под кожу.
— Вернулись на уровни.
— Ты не вернешь меня, — уверенно качнула головой я. — Пока не заберешь душу.
— Я заберу душу, — без тени сомнения сказал он.
Заберёт. В этом уже не сомневалась и я. Бальтазар всегда получал желаемое, получит и в этот раз. Но только от меня зависит, как скоро это случится.
Я искоса взглянула на волевой профиль демона. Будь у меня малейшее представление, как удержать его чувства в будущем, я бы им воспользовалась. Но что бы я ни предприняла, Бальтазар в два счета раскусит мой замысел и вдоволь развлечется, выкрутив ситуацию в свою пользу, или же попросту схватится за хлыст.
Бросив хмурый взгляд на безвозвратно разломанный гончарный круг, Бальтазар вошел в темницу.
— Ни на что не годны, — проворчал он, явно имея в виду своих слуг.
У меня на этот счет было другое мнение, но я оставила его при себе. Где Сатана правит бал, справедливости не место. Слишком зашкаливает в аду квинтэссенция зла. И как только Бальтазар умудрился найти в себе чувства, заставившие его измениться в лучшую сторону?
Я подошла и положила руку ему на плечо, монотонно поглаживая. Душу не заслужил, но толику тепла — да.
— Мне бы хотелось заглянуть в твою сокровищницу, — ответила на его вопросительный взгляд.
— Исключено. В ней полно артефактов, способных превратить тебя в мертвый сгусток энергии.
Я нахмурилась, разделяя его опасения. Перебрать все ценности — именно это и входило в планы. И если у него хранятся опасные вещи, они непременно окажутся у меня в руках.
— Что ты хочешь там найти? — прямо спросил он.
— Что-то, что вернет мне прежнюю красоту, — призналась я. Не то чтобы меня тревожил внешний вид, но отчего-то хотелось, чтобы Бальтазар видел рядом с собой прежнюю меня, не обезображенную адом.
— Это важно?
— Очень, — горячо закивала я.
— У меня нет такого артефакта, — сказал он. — Но я знаю, у кого он есть. И этот кто-то по счастливой случайности мне прилично задолжал.
”Ваал” — тут же догадалась я, но радоваться не спешила. Бальтазар не сказал, что достанет артефакт для меня, и скорее всего, запросит свою цену.
я уже приготовилась вновь отстаивать свои права на душу, но он удивил меня и в этот раз. Хищно оскалился, и не говоря больше ни слова, вышел из темницы.
Услышав хлопанье крыльев, я выбежала на крыльцо и с благодарностью посмотрела ему вслед.
Как только демон скрылся из вида, я подошла к бараку и встала за спиной чертенка, копошащегося в горе хлыстов, из которой он откладывал в сторону вконец истрепанные.
— Эй, — позвала шепотом. Он обернулся, замер с хлыстом в руках.
— Я предупредить тебя пришла. Господина злость охватила, как увидел сломанный гончарный круг. Искал тебя повсюду, — многозначительно протянула я.
Чертенок побледнел. Дрожащие губы приоткрыл, но не издал ни звука. Плечи его поникли, а взгляд обреченный остановился на моем лице.