Парень закрыл глаза, и уголки губ невольно поползли вверх. Он вспомнил, как они гуляли с Марисой под дождем. Девушка весело смеялась и вытворяла различные глупости: запрокидывала голову назад, подставляя лицо потокам дождя, складывала ладони вместе и собирала капли воды, а затем брызгала в Пьера, хотя он и так весь промок. Мокрые пряди волос обрамляли личико, усеянное нитями капель, озорной блеск зеленых глаз притягивал и не отпускал. Пьер не удержался и привлек Марису к себе, после чего последовал продолжительный поцелуй. Они долгое время стояли вот так, тесно прижавшись друг к другу. Он до сих пор помнил вкус ее слегка влажных губ и ощущал теплое дыхание на шее.
"...Хотя нет, мне не за что просить у тебя прощения! Это ты должен сказать мне "прости". Ты бросил меня в самую трудную минуту. Что это за любовь такая, когда любимый человек не хочет разделить с тобой свою боль. А я любила тебя, хотела быть всегда рядом... Ты думаешь, я не страдала? На моих глазах убили человека. Сейчас, когда пишу эти строки, я знаю, как тебе будет больно при упоминании об Антуане, но сознательно хочу заставить страдать, потому что то же самое чувствую сама.
Стыдно признаться, но я с сожалением думаю, что много потеряла. Только представь: ты и я, наш дом. Раньше, когда мы встречались, такие мысли не посещали меня, а теперь, когда потеряла тебя, я часто задумываюсь об этом.
Прости, мои мысли путаются, я несу всякую ерунду, но хочу высказать все, что скопилось на душе. Пусть даже в такой бредовой форме. Ты все можешь изменить, если захочешь. Люди сами пишут сценарий своей жизни, и сами же играют главные роли. Не позволяй обиде завладеть своими чувствами и сделать трагичным финал нашего фильма. Только не опоздай, ведь наша жизнь так коротка, и никто не знает, что будет завтра. Не могу сказать, что моя любовь к тебе осталась прежней. Я очень сильно обижена. Но между нами очень многое произошло, и я вспоминаю о тех моментах с теплотой. Лишь рядом с тобой я ощущала себя настоящей, и ты не представляешь, как это важно для меня. Какая-то часть моего сердца до сих пор принадлежит тебе. Не хочу врать и говорить, что люблю тебя, Пьер. Тем не менее хочу быть рядом с тобой, ощущать, как ты смотришь на меня с нежностью и любовью.
Я не говорю "прощай", потому что надеюсь увидеть тебя в ближайшее время"
Внизу письма был дописан адрес Марисы в Англии так, словно она сомневалась стоило ли его вообще указывать.
Пьер скомкал и без того помятый листок, но тут же его разгладил. После прочтения он чувствовал себя, как будто только что на него вылили ведро ледяной воды. Мысли и чувства сплелись с такой силой, что по сравнению с этим самый запутанный клубок мог бы показаться пустяком. Пьер злился на себя за то, что переложил вину за смерть брата на хрупкие плечи Марисы и ничего не мог поделать с этим. Брат был для него единственным близким человеком, поэтому парень замкнулся в себе. Он не хотел общаться с девушкой, так как не мог разобраться со своими чувствами. В глубине души Пьер признавался себе каждый день в том, что любит ее, но искусственно воздвигнутый барьер мешал сделать шаг навстречу. Некоторые люди совершенно бессознательно любят чувствовать себя несчастными и бояться принять помощь от близких, как будто это может стать преступлением перед их принципами.
Одолеваемый внутренней борьбой Пьер подошел к столу и выдвинул ящик, чтобы положить письмо, словно боялся, что его любовь украдут. Взгляд тут же приковали совместная фотография с Марисой, лежащая на дне ящика, и шарфик девушки, который она как-то положила в карман Пьеру, а затем забыла о нем. Воспоминания нахлынули с новой силой. Он поднес фотографию близко к глазам, чтобы лучше рассмотреть каждую черточку лица Марисы. Ее широкая улыбка, словно укоряла в том, что он бросил ее на пол пути. Пьер с нежностью провел кончиками пальцев по матовому изображению. А в тот день Мариса была такой счастливой: беспрестанно смеялась, особенно после того, как фотограф назвал их молодоженами и пожелал нарожать кучу детишек.
Все это стало последней каплей. Оковы, сдерживающие Пьера на расстоянии от Марисы, развалились и наконец-то освободили любовь. Он принял решение, которое, как надеялся Пьер, изменит его жизнь.
Через несколько часов, совершив перелет, Пьер звонил в дверь дома, где жила Мариса. Он очень сильно волновался, и всякое ожидание, пусть даже измеряемое секундами, раздражало его. Пьер хотел поскорее обнять девушку, попросить прощения и попытаться все исправить. Он не питал иллюзий насчет того, что Мариса сразу же простит его, и все будет так как прежде, но этот шаг сблизит их.
На пороге появилась девушка, с заплаканными глазами, и Пьер на мгновение растерялся. Она была похожа на Марису, но никак не могла быть ее сестрой, потому что Мариса говорила, что она единственный ребенок в семье.
-Здравствуйте! Я могу увидеть Марису? - Пьер в смущении откинул челку со лба.
-Ее нет... - девушка всхлипнула.
-А когда она вернется? Я ее друг. Только что приехал из Парижа, и мне очень срочно нужно поговорить с Марисой.
-Моя дочь пропала! - Алекс больше не смогла сдержать рвущееся наружу рыдание.
***
-Ты похожа на свою бабушку! - Александр сидел нога на ногу и обглядывал Марису, стоящую перед ним с ног до головы. Девушка чувствовала себя вещью на рынке, которую тщательно осматривают, лишь бы только найти изъян и поторговаться, чтобы не заплатить лишние деньги. Ей казалось, что она вот-вот услышит свою цену. - Ты знаешь, что тебя назвали в честь нее?
-Да! - Мариса кивнула.
Мариса до сих пор пребывала в шоке от внезапного похищения. Не успела она выйти из дома Джордана, как двое накаченных мужчин схватили ее и затолкали в машину. Мариса даже не успела закричать и позвать на помощь. После того, как автомобиль долгое время петлял по дороге, один из мужчин завязал ей платком глаза. Дальнейшую дорогу Мариса провела в кромешной тьме. Только от того, что она ничего не видела Марисе казалось, что каждую секунду ее подстерегает опасность. Она почти чувствовала, как чьи-то руки тянутся к ее горлу и сдавливают его. Девушка начала задыхаться и хрипеть, готовая упасть в обморок от недостатка кислорода. Она пришла в себя только тогда, когда мужчина легонько ударил ее по щекам. Схватив ртом огромный глоток воздуха, Мариса в изнеможении откинулась на спинку сидения и остаток пути провела в полубессознательном состоянии. Теперь Мариса понимала, кто боится и доводит ее до сумасшествия. Мари. Она полностью завладела ее чувствами, и Мариса ничего не могла поделать с этим. Она снова стала не властна над своими эмоциями. Сердце бешено колотилось о ребра, внутри все замирало так, словно кто-то пережимал сосуды, останавливая поток крови. Вспомнив свой сон про тюрьму, девушка осознала, что Мари провела свои последние минуты жизни в камере, и любое посягательство на ее свободу приводит Мари к приступу. Мари сходила с ума от темноты, обволакивающей разум прочными путами, и осознания собственной беспомощности. Нервы натянулись подобно струне, которая в любое мгновение может порваться. Мариса понимала, что еще чуть-чуть и она просто перестанет существовать. Ужас поселился в каждой клеточке тела вместе с невыносимой болью, и она сходила с ума вместе с Мари: девушка представить не могла, чем для нее может закончится такое соседство, и это пугало ее.
Автомобиль остановился, и Мариса не сказала бы точно, сколько времени прошло. Для нее каждая секунда измерялась вечностью. Девушке помогли выбраться из машины и держали под руку на протяжении всего пути. Свежий воздух сменился душным, Мариса ощущала, что идет по камням и слышала, как капли воды с тяжелым стуком падают вниз. Когда повязку сняли, Мариса первое время ничего не могла видеть от ослепляющего света множества свечей. Затем ее глаза привыкли к свету, и девушка разглядела место, где находилась. Она оказалась в просторном гроте, украшенным причудливой лепниной и картинами из мозаики. Высокий свод куполом нависал над головой, а вдоль стен стояли мягкие диваны и кресла, что не вписывалось в грозную атмосферу помещения.