- Пожалуйста, я же…
Не успеваю договорить - Ахмедов кладет мне на губу пальцы, не церемонясь, сминает их. Словно проверяет. Смотрит при этом так, будто я уже недостойная. Точно на мне клеймо гулящей девки.
- Ты будешь делать все, что я скажу, - чеканит он. - Будешь играть по моим правилам. И первое их них - слушаться. Не зли меня, не проверяй границы моего терпения. Их нет. Кивни если поняла.
Страх перехватывает горло, мешая дышать. Аслан убирает пальцы, но губы продолжают гореть. Никто из мужчин никогда не трогал меня - грубо и бесцеремонно. Меня воспитывали с мыслью, что муж станет моим первым и единственным мужчиной, что только ему я должна доверить свое тело.
Но Ахмедов беспардонно нарушает все традиции и правила. Я вижу, что он делает это намеренно - в его взгляде насмешка, он наслаждается моей растерянностью и страхом.
А мне нечего ему противопоставить.
И я киваю. Едва заметно, но кажется его это удовлетворяет.
- Правило второе - ты…
- Босс, Марсель прислал информацию, - неожиданно вмешивается водитель.
Аслан переключает внимание на мобильный, который ему он протягивает.
Забирает тот и как будто полностью теряет ко мне интерес.
Даже отодвигается обратно, а я пользуюсь передышкой, чтобы прийти в себя. В голове бестолково скачут мысли. Я пытаюсь вспомнить все, что могла слышать от отца про Ахмедова.
Кажется, он что-то говорил про его предложение о сотрудничестве? Или я это было не про него?
Злюсь, что как послушная дочь никогда не лезла в бизнес, старалась вести себя так, чтобы никого не разочаровать. Я правда надеялась, что тогда отец, наконец, посмотрит на меня как в детстве - с любовью, как на родную дочь, с которой он гулял и играл.
Момент, когда внимание Ахмедова вновь возвращается ко мне, невозможно пропустить - кожу на лице начинает покалывать. Стоит повернуть голову, как я тут же попадаю в плен его цепкого острого взгляда.
- Что с тетей? Куда ее увели? - спрашиваю, когда звенящее молчание затягивается. Слишком неуютно под пристальным вниманием мужчины, и я хватаюсь за первую попавшуюся мысль в голове.
На лице Ахмедова мелькает кривая ухмылка. А у меня мороз по коже от нее. Я хоть и не питаю теплых чувств к тете Зареме, но все же волнуюсь. Она появилась в нашем доме спустя полгода со смерти мамы, и с того момента все изменилось. Я фактически осталась сиротой - отец как будто забыл обо мне. А тетка делала все, чтобы дать понять - теперь я должна ее беспрекословно слушаться.
Но я не желаю ей зла. Не хочу, чтобы с ней сотворили что-то ужасное.
- Готова заплатить за ее безопасность? - лениво спрашивает Ахмедов. Меня не покидает ощущение, что он издевается надо мной - смотрит с откровенной насмешкой, словно ему любопытно, что я же выберу.
Несколько долгих секунд я в панике обдумываю его вопрос. И когда уже собираюсь ответить, раздается звонок мобильного.
Аслан отстраняется. А едва достает телефон, небрежно замечает:
- А вот и твой папаша. Значит, тетка свою роль сыграла как надо.
- 3 Аслан -
На лице девчонки отражается растерянность а следом - испуг. Все ожидаемо.
Ухмыльнувшись, встречаюсь взглядом с Кареном через зеркало заднего вида и коротко киваю. Он понимает без слов и съезжает на обочину.
Звонок обрывается, но следом повторяется. Аскеров, я уверен, в бешенстве. И это доставляет огромное удовольствие.
Выйдя из машины, я все же отвечаю отцу Сабины.
- Внимательно слушаю, Расул.
- Ты что творишь, щенок?! - ревет он. - Решил, что бессмертный?
Судя по децибелам, который он выдает, мой план сработал как надо.
- Решил, что все платить по счетам, - спокойно возражаю.
Аскеров явно пытается взять себя в руки - тяжело дышит, молчит. И наверняка сейчас гео рожа красная от натуги. Этот образ заставляет меня довольно ухмыльнуться.
Долго я шел к этому. Очень долго. Но оно того однозначно стоит. А ведь Ратмир - мой двоюродный брат - неоднократно пытался уболтать меня решить вопрос в деловой плоскости.
Но к черту.
- Верни мою дочь, - требует Расул.
- А ты так уверен, что она у меня? - спрашиваю, подливая масла в огонь его злости.
Мы оба знаем, что сейчас все козыри у меня. Брак Сабины и Рустама нужен Аскерову как воздух. Иначе этот напыщенный индюк никогда не согласился бы отдать дочь второй женой.
Нет, этот чванливый сноб задирал нос и отбривал бы женихов одного за другим.
Если бы не…
- Аслана , хватит игр! - рявкает он, снова теряя самообладание. - Не трогай ее и верни, пока…
- Пока что? - обрываю его, а сам оглядываюсь по сторонам.
Мы отъехали достаточно далеко, чтобы кто-то из охраны Аскерова смог на нас выйти. И хотя рядом есть мои люди, все же не стоит здесь задерживаться.