От машины донесся звук шлепка, после которого последовал вскрик женщины и выкрикивание Ларса:
— Тупая сука! Испорченная сучья задница!
Не церемонясь и не тратя времени, я дернул дверь на себя. Мои губы скривились от звука шлепков, которые стихли, как только мужчина с девушкой увидели меня.
Он держал ее за глотку, но несмотря на это она закричала.
— Какого… бл*дь… хера? — начал тянуть Ларс, но остановился, когда я поднял лезвие вверх.
Исключительное лезвие, зазубренное с одной стороны, с жутким на вид крюком для вспарывания произвело на него впечатление: Ларс отполз по сиденью назад. Да и как тут среагировать, когда больной на голову голый оборотень угрожает тебе твоим собственным оружием, предназначенным для вспарывания животов.
— Убирайся, — кивнул я мелкой сучке, и она, не медля и секунды, тут же выскочила на волю, покачиваясь и пытаясь не упасть от усталости.
Но ее судьба была уже не моей заботой. Если Луне суждено, девчонка выживет. В любом случае, я уже сделал для нее все, что мог: освободил из лап долбаного психопата.
Я бросил Ларсу:
— Садись за руль.
Дебилья морда дернулся в сторону и вытащил пистолет, который я уже видел краем глаза, как только открыл дверь машины. Я резко взмахнул ножом по задней части его лодыжки, дергая крюком и вырывая добрый кусок плоти из раны.
— Сук@! — начал он покрывать матом и кровью автомобиль, и схватился за покалеченную ногу.
Я кивнул головой на водительское кресло, и он, яростно метнув в меня взгляд, который не обещал ничего хорошего, протиснулся между креслами и упал на сиденье, прижавшись к рулю голой грудью.
Но как только он решил перевоплотиться в волка, я тут же ударил его тупым концом ножа в висок. От этого резкого удара он окосел и тут же бухнулся головой на приборную панель. Пока он был в отключке, я сел в пассажирское кресло, повернул ключ в зажигании и машина подала первые признаки жизни.
Ларса забила дрожь, и он, наконец, очнулся.
— Поехали, — кивнул я ему, будто бы сел в машину такси, а не к истекающему кровью голому оборотню. — Я покажу дорогу. Без глупостей.
Ларс посмотрел на меня затуманенными от боли глазами. Я попал в самую болевую точку, и знал: теперь ему нужно очень много времени, чтобы призвать своего внутреннего зверя, а значит, всю дорогу он будет человеком.
Амалия
Мне снился удивительный сон: будто бы я шла по бескрайнему ромашковому полю. Тонкие веточки травки нежно покалывали мои открытые ноги, солнце ласкало лицо, было тепло и безветренно. В чистом небе медленно проплывало всего два прозрачных облака, и я чувствовала себя такой свободной, такой открытой миру, что мне хотелось раскинуть руки и воспарить, подобно маленьким птичкам, что взметались вверх из травы в синее небо.
Вдруг я увидела: навстречу ко мне выходит темная мужская фигура. Будучи напротив солнца, ослепленная его ярким светом, я не сразу поняла, кто это, и с добрыми ли намерениями ли приближается ко мне. Все внутри сжалось: я боялась, что это Клауд пришел за мной.
Я развернулась к нему спиной и что есть мочи побежала прочь. Не чувствуя, как голые ступни задевают коряги, рассекая пятки в кровь, не опасаясь упасть и пропасть в этих высоких стеблях ромашек. Сзади меня нарастала, сужаясь, буря: яркая синь неба сменилась мрачной чернотой, щупальца грозовых туч ползли с невероятной скоростью, захватывая пространство, меняя день на ночь.
Обернувшись вполоборота, ухватила краем глаза, что там, где я только что была, уже нет ничего: только чернота, только ужас, только мрак.
Задержав дыхание, я снова побежала без оглядки вперед. Только бы спрятаться, скрыться от этой разрушающей силы Клауда, от его всевидящего взгляда, который одним только движением может стереть меня с лица земли.
Спиной я ощущала его присутствие и понимала, что еще немного — и он окажется прямо передо мной. И снова все станет также, как прежде, и снова эта легкость и жизнь потекут вон из моего тела.
Ромашковое поле все не кончалось, но вот забрезжила надежда на укрытие: несколько деревьев впереди. Моя волчица внутри заворчала, готовясь к прыжку и перевоплощению, но тут случилась неожиданность: ступней я запнулась о корягу и полетела носом в зелень.
«Это конец» — пролетело в моем опаленном страхом мозгу. Я зажмурилась и приготовилась принять свою судьбу из рук Клауда, который может изувечить за побег.