– Най тоже меня не любит, – хмуро призналась я. – Но он хотя бы пытается полюбить. У него и выбора нет, в отличие от тебя, теплокровного альраута. И при всем этом ты ведешь себя, как озабоченный юнец, перепутавший первую эрекцию с влюбленностью. Да, я не верю тебе. Ты ничего обо мне не знаешь.
– А что знает он? – парировал Локим. – Ты для меня загадка, я никогда не встречал никого, похожего на тебя. Но я хочу узнать… Что случилось? – он осекся, заметив, наконец, перемену в моем лице.
– Фото…
Я огляделась по сторонам, нервничая с каждой секундой все больше. Пока мы возились на каменном полу, крохотный клочок бумаги выпал из рук и исчез.
– Оно же не могло сгореть? Нет-нет-нет…
Плевать на Землю, плевать на Романа…
Я не могу потерять ее!
Только не это!
Мои ладони, скользящие по шершавой поверхности песчаника, вскоре были насильно перехвачены. Локим, помогавший с поисками, осторожно вложил в них квадратик с изображением пухлощекой улыбающейся малышки. Затем закрыл, положив поверх свою руку.
– Это ведь оно, да? То, что ты ищешь? Только не плачь, не хочу видеть тебя расстроенной.
Страх и последовавшее за ним облегчение встряхнули меня. Заставили стать решительнее. Я быстро спрятала драгоценную фотографию в кошелек, выпрямилась и спросила, глядя прямо в золотые волчьи глаза:
– Говоришь, что готов на все... Можешь доказать? Помоги уговорить Найсира отвести меня в храм, и тогда я тебя приму.
Пути назад нет.
Но кроме него есть еще куча вариантов, не так ли?
Утро начинается с чашечки свежего кофе и горячего лайка!)
12
Я с удовольствием переоделась в собственноручно сшитые штаны. Для этого дела пришлось пожертвовать несколькими пестрыми юбками из нежнейшего материала, похожего на земной хлопок. Потрясающе. Совершенно иные ощущения, даже решимости добавилось. Все же желанная обновка – ключ к сердцу любой женщины.
Мои поклонники смотрели на это сквозь пальцы. В их культуре оборотницам не дозволялось одеваться подобным образом. Украшению глаз ни к чему удобство и мобильность, главное, чтобы браслеты звенели на тонких лодыжках.
– Необычно выглядишь, драгоценная Таня, – выдавил Локим, потирая шишку на лбу.
Я хитро улыбнулась. Не знаю, о чем говорили эти двое и какие аргументы были использованы, но волк смог дожать моего ревнивого нага. Мы отправлялись в глубины пустыни, на поиски древнего храма. Наконец!
Найсир моей радости не разделял. Он был мрачен, точно грозовое облако, между густых выразительных бровей пролегла глубокая морщина. Достал из тайника под землей несколько отливающих голубизной сабель с фигурными рукоятками – и сунул их за широкий пояс, повязанный вокруг талии.
Хм… Мне всегда нравился этот переход от змеиного хвоста к четко выделяющемуся прессу.
– Забавно, ведь я встречала химеризм у животных, – аккуратно провела подушечками пальцев по линии верхнего ряда чешуи, подвижной и мягкой. – Обычно причиной было слияние двух эмбрионов на начальном этапе развития. Знаешь, всякие необычные «рваные» расцветки, пигментация, расщепление нёба и порой неразвитые ушные раковины… Но вот такого никогда, – Я огладила крутое бедро нага целиком. – Твое тело завораживает.
На мое счастье, никто особо не прислушивался к моим речам. Най жадно следил за выражением моего лица, а Локим… Он, кажется, ревновал. Обещание сделать его полноценным партнером делало его нетерпеливым.
Интересно, как теперь выкручиваться?
Ай, что-нибудь придумаю. Как говорила великолепная Скарлетт О’хара перед лицом очередной трудности: «Я подумаю об этом завтра». Ни к чему лишние переживания, сейчас нужно сосредоточиться на дороге.
Путь лежал через раскаленные барханы, много километров на восток, прямо к двум яростным светилам, испепелявшим малейшие признаки жизни, что рискнули выйти из убежища до заката. Ради меня мужчины сколотили подобие паланкина. По словам Локима – этот способ пользовался популярностью в западной империи Шаа.
Они несли меня довольно споро, сохраняя половинчатую форму. Внутри тесной кабинки лежала подушка и запечатанный кувшин с водой. Практически королевские условия. Н-да, на археологической практике меня так не баловали, не смотря на популярность среди сокурсников.
– Удобно? – крикнул через плечо Найсир.
Что за душка, переживает за меня, хотя сам на солнцепеке и без головного убора.
– Все отлично. Наклонись, – приказала я и, сняв с себя обрезок ткани, исполнявший роль банданы, повязала ее поверх густых каштановых волос нага. Он внезапно смутился. Локим едва не повалился наземь, когда тот рванул вперед.