Мое тело не забыло радость единения. Оно просто закрылось ото всех, словно раковина моллюска, пряча потаенные желания глубоко внутри.
Боже, что я творю? Он же нечеловек!
– Х-хватит, пожалуй, – прошептала в идеальные губы нага, пытаясь вырваться из сладкого марева. Получалось с трудом. Слишком долго я не чувствовала себя желанной.
– Что это было?
– А?
– Что ты делала своим ртом? Зачем? – Найсир выглядел потрясенным. Впервые за встречу он так открыто проявлял эмоции, и мне почему-то это даже нравилось.
– Это поцелуй. У вас такое не практикуют?
Я осторожно отползла к прохладной каменной стене. Уф, хорошо.
– Откуда ты, напомни, – Змей требовательно навис сверху. – Я никогда не встречал тебе подобных. Твое тело не похоже на тело обычной самки… Ты высокая! Твой запах дурманит, твои глаза большие и блестящие, а плоть белая, нежная, словно масло, и ты не боишься меня… Кто ты такая? Из какого племени?!
– Я… – не могу ему ответить. Как бы ни был силен интерес Найсира ко мне, он все же представитель незнакомой цивилизации, со своими особенностями и тараканами. Хищник, чьи клыки явственно ощущались во время нашего поцелуя. – Я родилась в маленьком поселении на севере. Ты его вряд ли знаешь.
– Плевать на это, я хочу знать, чьей дочерью ты являешься? Подводных жителей? Птиц? У тебя нет хвоста и ты отличаешься от жителей Багрота!
Подводные жители, Багрот? Надо запомнить. По-хорошему, стоило узнать как можно больше об этом мире, если есть шанс застрять здесь надолго.
– Тебе не понравилось? – Я рискнула невинно похлопать ресницами, доставая из недр библиотеки памяти запыленный томик с надписью «Флирт для чайников». – Неужели я сделала что-то не то? Я больше не буду тебя целовать, обещаю!
Он запнулся на полуслове. Необычные, словно древние золотые дублоны, глаза сузились. Найсир пытался бороться с искушением, о, как он старался! Но желание повторить приятный опыт заглушало всякое благоразумие.
– Я не говорил такого, не перевирай. Просто твои повадки сбивают с толку, – нахмурился змей, чуть отстраняясь. – Если хочешь совать свой язык в мой рот, я потерплю.
Угу, потерпит. А у самого кадык дернулся от притока слюны.
Нет, ну что за странное место?
Он считает меня прекрасной, почти богиней. Из этого сразу можно сделать несколько выводов:
Первое, здесь действуют стандартные для дикой природы правила – самки чаще всего блеклые и скучные, чтобы избежать внимания врагов. Второе… неизведанный мир, кажется, полностью состоит из химер. Не зря же мой спаситель обмолвился о разнообразии видов.
– Ты голодна, Таня? Я могу поймать нескольких замиусов для тебя, но это займет время, – Найсир попытался сгладить свой агрессивный выпад.
Еда. Вот и новый повод для переживаний. И больше неаппетитных, если судить лишь по названию, существ на ужин меня тяготили мысли о дочери. Додумается ли Рома покормить ее перед сном или опять уткнется в компьютер, как он это обычно делал?
Я застряла в пустыне на краю галактики, но даже сейчас не уверена, что это хуже участи заброшенного ребенка. Нет, нет. Моя Соня умная девочка с громким голосом. Она не станет терпеть неудобства.
– Иди… Хотя постой, – одернула змея, когда тот направился к выходу из пещеры. – А фрукты на тех кустах съедобны? Может, я смогу ими насытиться?
– Так ты травоядная?
– Скорее всеядная. Мой желудок нуждается в разнообразии, но раз уж ты сказал, что самый сильный мужчина в округе, то такая мелочь не доставит тебе неудобств, правда?
Если уж наглеть, то до самой крышечки.
Найсир недовольно щелкнул кончиком рубинового хвоста по обтесанной стене, оставив на ней глубокую царапину, и сухо кивнул. Затем предупредил не выходить за пределы оазиса и уполз в сторону заката.
Я решила осмотреться.
Чистенько и пусто, почти как в холодильнике студента. Хотя нагу нет нужны хранить у себя вещи: одежда ему не нужна, вместо оружия совершенное сильное тело, а цивилизация – как он сказал? – альраута, возможно, не достигла того уровня развития, когда хлам собирают ради хлама.
Ожидание затянулось, и меня настойчиво потянуло впасть в истерику.
Конечно, я всегда была хладнокровной женщиной, или как говорил муженек – ледяной рыбиной. Но нынешние условия как-то сами подталкивали к подобному поведению.
– Одна, неизвестно где, в любой момент готовая нести яйца… Спасибо, боже, я только что стала атеисткой! – со злости я пнула ближайший камешек. – И реветь я не буду. Не дождетесь!
Лицо накрыла прохладная большая рука, пахнущая кровью.
Замычав от ужаса, я не сразу сообразила, что вернулся змей.