В машине кроме Дины никого нет. Увидев нас, она улыбается и машет рукой, а Стрела, развернув меня к себе и положив руку на мою талию, смотрит поверх спущенных почти на кончик носа солнечных очков.
— Я представился твоим другом, она ничего не знает и пока не понимает. Советую, пока не выедем за город, держать язык за зубами. Всё понятно?
Я киваю и изо всех сил сжимаю губы, чтобы не расплакаться. Вадим расплывается в улыбке и, наклонившись целует меня в щеку, царапая лицо жёсткой щетиной.
— Не видел тебя несколько часов, а уже соскучился, — произносит вполголоса. — Сегодня не отмажешься, малыш. Только чур не жаловаться. Всё получилось даже лучше, чем я думал, но я очень... Ты даже не представляешь, как я злился на тебя.
Глава 15
Перед тем, как посадить меня в машину, Стрела добавляет, что Дина написала мне полтора часа назад, как раз, когда они выбрались из подвала и начали обсуждать дальнейшие действия. Он где-то высадил их. И я уже подозреваю, где именно. Надежда только на то, что подруги успели дойти до участка. Совсем призрачная надежда.
Сажусь рядом с сестрой, и попадаю в крепкие объятия. Не видела её уже года полтора, а она совсем не изменилась, только щёки стали чуть круглее. Она в легкой ветровке и тонкой майке, живота еще совсем не видно. Тёмно-каштановые волосы собраны в высокий хвост. Мы чем-то похожи с ней, несмотря на то, что не родные сёстры. Тот, кто точно не знает, как выглядим обе, может и спутать. Как Стрела. Мужчина садится за руль и, поправив очки, спрашивает с улыбкой:
— Ну что, поехали?
— А ты знаешь, где Благодатное? — Дина уже разговаривает с ним так, будто давно знает. Удивительно, как она вообще согласилась сесть к нему в машину. Поверила, что мы друзья. И почему она его не узнаёт?
Неужели за все то время, что шло расследование, они ни разу не встречались лицом к лицу?
Для меня это более чем странно, если подруги говорили правду, и разборки длились очень долго, они должны были встретиться в суде, где он бы выступал как потерпевшая сторона. Что-то здесь явно не так. Знать бы, что именно. Может, какая-нибудь мелочь поможет мне спасти подруг и сестру.
— Долго тебя не было, — говорит мне Дина, осмотрев с ног до головы. — Только не говори, что вчера ты тоже в клубе была, помятая вся. — Как старшая сестра, которая для меня полжизни была как родная, она любит делать мне замечания: говорю не так, выгляжу неподобающе. Она еще не видела Кирины подранные кроссовки...
— Да я приболела немного, живот крутит с ночи ещё, — демонстративно подпираю живот рукой и сгибаюсь. Отчасти так и есть, яичница из двух яиц не спасла положение, желудок уже сворачивает от голода. — Не до марафета было. Пошла за таблетками в аптеку, поняла, что деньги дома забыла. Извините.
Чтобы голос звучал ровно, без дрожи и вырывающихся страдальческих стонов, я держусь изо всех сил. Пытаюсь улыбаться, слушаю рассказ сестры о том, как плохо было ей в больнице. И стоит ей произнести эти слова, слышу тихий смешок со стороны водительского кресла. Вадим увидел в этом иронию. Впрочем, как и я, только мне совсем не смешно. Время, проведенное в больнице, скоро покажется ей раем, а мне придется сносить ещё больше издевательств...
Хватит ли у него совести не делать мне слишком больно?
Пока Дина не поняла, что везут нас совсем не в Благодатное, она деликатно интересуется, не встречаюсь ли я с Вадимом.
— Ну, может, мне предложить вам обоим приехать к нам с ночевкой, я же не знаю. Он, конечно, взрослый совсем для тебя, — говорит, понизив тон голоса, — но ладно, хрен с ним. Он так поцеловал тебя, что я подумала...
Выглядываю в окно, пытаясь понять, где именно мы едем, одновременно пытаюсь придумать ответ — в голове шаром покати, паника истрепала мою нервную систему, и, видимо для того, чтобы разгрузиться, мозг решил работать в полсилы.
— Ну... — мычу в ответ. — Как бы сказать...
— Понятно, значит, всё сложно, — вздыхает сестра и вместе со мной озирается по сторонам. Тонкие брови сводятся к переносице.
— Не могу понять, где мы едем. Саша в прошлый раз вроде другой дорогой ехал.
Мы уже покинули пределы города и двигаемся по трассе мимо складов. Их здесь целая туча. Вспоминаю, как буквально сегодня утром смотрела на пролетающие мимо крупные здания, и в груди снова щемит тоска по утраченной свободе.
— Скоро будем на месте, — Стрела оборачивается и снимает очки. Даже без них Дина совсем не узнаёт его. Переводит настороженный взгляд на меня и спрашивает, в чём дело.
— Ты помнишь человека по имени Стрельцов Вадим? — переключив внимание на дорогу, спрашивает Стрела.