На какой-то миг меня охватывает неуверенность. Так трудно выбраться, сделать шаг навстречу свободе. Если кто-то из парней не спит, нас быстро поймают. Стрела может очнуться с минуты на минуту. Просто услышит, как скрипят доски под моими ногами, и всё пойдёт крахом. Увидев ключи в моей руке, он всё поймёт. Но разве оно того не стоит? Разве я зря терпела боль и унижение?
Остановившившись рядом с дверью, оборачиваюсь.
"Я влюблена в тебя, и, возможно, при других обстоятельствах, согласилась бы быть рядом с тобой. Я привязалась к тебе за это время. Но я по-прежнему боюсь тебя. Боюсь, что ты переступишь через меня, опьянённый своей жаждой возмездия. Наверное, ты так и сделаешь, если я останусь".
С этой мыслью я поворачиваю ручку двери, медленно открываю, чтобы не наделать шума, и выхожу из комнаты.
Глава 29
Каждый шорох, каждый скрип половиц кажется оглушительным в этой давящей атмосфере. Чувствую, как по спине бегут мурашки, прошибает холодный пот. Оборачиваюсь – Вадим всё ещё спит, лицо расслаблено, но эта расслабленность кажется обманчивой. Словно стоит мне повернуться к нему спиной, как сильные руки обхватят талию, прижмут меня к его крепкому телу, и я снова останусь, терзаемая страхом и безумным желанием. Он ничего не сделает мне. Но больше попыток сбежать не будет.
Металл в руке холодит кожу. Еще бы найти нужный ключ, даже в полумраке вижу, что они почти все одинаковые. К тому же, я совсем не подумала о Кире. Если она сейчас в комнате Серого, нам придётся бежать без неё. Оксана всё испортит... Чёрт...
Сначала думай, потом делай, сколько можно повторять одно и то же?
Прикрыв дверь в комнату, иду по коридору на носочках, но стараюсь быстрее перебирать ногами. Каждая секунда на счету. В тусклом свете единственной лампочки под потолком пляшут тени, превращая знакомые очертания мебели в гротескные, пугающие фигуры. Стены кажутся ближе, коридор – длиннее, чем обычно. Ключи звенят в дрожащей руке, и этот звук кажется предательски громким.
Наконец, добираюсь до нужной двери. Тишина давит на уши. Благо, я догадалась переодеться более закрытую одежду — велюровые спортивные брюки и ту же кофту на замке, в которой бежала в прошлый раз. В ней есть карманы, и, чтобы лишний раз не звенеть, убираю ключи от машины. Остаётся две связки, и обе относительно новые. Стрела отпирал дверь к девушкам длинным ключом, здесь таких несколько. Может, все дубли?
Была ни была, вставляю первый попавшийся ключ в замочную скважину. Он входит с трудом, проворачиваю. Раздается щелчок – и дверь поддается.
В комнате полумрак, и к моему величайшему облегчению, все трое здесь. Оксана не спит, приподнимается на локтях и судя по реакции, сразу всё понимает.
— Получилось? — спрашивает шёпотом.
— Да, буди Киру, я Дину, — шепчу в ответ, так же осторожно, на носочках подходя к кровати сестры. Тормошу её за плечо, и, как видела в фильмах, закрываю рот ладонью, чтобы не издавала звуков, пока не поймёт, что происходит.
Пока всё идёт гладко, девушки быстро одеваются, не разговаривают друг с другом, в то время, как я стою на стрёме, прислушиваясь к тишине этого дома. Входная дверь, скорее всего, тоже заперта, и это оказывается так. Дом старый, дверь и замок новые, но ключ от этой двери найти не сложно, он самый массивный из всех. И скрипит громче всех. Потихоньку выпускаю подруг и сестру, и, услышав шорох, замираю на месте. Шикаю, чтобы все перестали скрипеть досками на старом крыльце.
К счастью, показалось. А может, это и вовсе было в моей голове, страх вымотал меня. Очень медленно и аккуратно закрываю входную дверь и поворачиваю ключ с обратной стороны.
Покинув крыльцо, оказываюсь в объятиях прохладного ночного воздуха. Моросит дождь, тучи почти закрыли неполный диск луны.
Чёрный минивэн стоит наготове, словно ждал нас. Иду, постоянно оглядываясь на дом, вдруг в одном из окон загорится свет? Этого не происходит, но, так или иначе, действовать нам нужно как можно скорее. И принимать решения тоже.