Вчера я переночевала в его комнате. Не хотела, но он настоял, подошёл ко мне после ужина и, не обращая внимания на остальных, прижал меня к стене и произнес банальную речь о том, что он скучает по мне и хочет побыть со мной наедине. Я закатила глаза, но лишь для вида — его тёплое дыхание, ласкающее кожу, прикосновения, близость его тела не просто растопили лёд, но и разожгли былое пламя. Однако я не позволила ему прикоснуться к себе, а он и не настаивал.
Утром я понимаю, почему.
Тихо встаю, перелезаю через крепко спящего Вадима и, взяв из шкафа чистое махровое полотенце, плетусь в душ, но когда в голове всплывает воспоминание о том, как Клим поймал меня в ванной — убийца моей подруги, который все три дня бросал в мою сторону любопытные взгляды, мне приходится вернуться и толкнуть Стрелу.
Открыв один глаз, мужчина сонно потягивается, и его лицо озаряет тёплая улыбка.
— Приятно проснуться и видеть тебя рядом, — тянет ладонь к моему лицу. Меня не слишком напрягает его настроение, но беспокоит то, что он снова изменился. После убийства Оксаны и нашей ссоры, он был мрачным, предельно серьёзным. Но в последние три дня я вижу того Вадима, с которым занималась сексом на опушке леса. Улыбается, отпускает шутки, и со мной ведёт себя так, будто мы уже давно встречаемся, просто преодолели очередную размовку.
Как бы я хотела знать, что творится в его голове...
— Да, да, всё понятно, — быстрее отмазываюсь от телячьих нежностей, — мне бы в душ сходить, ты можешь покараулить за дверью?
— Не вопрос. От кого прячемся? — продрав сонные глаза, он встаёт.
— Мог бы не спрашивать, — вздыхаю я.
— Мог бы. Просто поддерживаю разговор, — отвечает Вадим. Караулить меня за дверью он не хочет – заходит в ванную вместе со мной. И сразу же спрашивает, принести ли мне коробочку с тампонами, как он сделал это в прошлый раз. Какой заботливый...
— Они еще со вчерашнего дня не нужны, — отвечаю, и до меня доходит, почему он не прикасался ко мне вчера.
— Серьёзно? — губы вновь растягиваются в улыбке. — Ну тогда подожди.
Как я и думала, он решил потеснить меня в ванне. Сначала ведёт себя вполне прилично, трет спину мочалкой, а потом я чувствую его крепкий стояк, упирающийся в поясницу, и в эту же секунду мягкие губы прикасаются к моему влажному плечу. Ладони вовсю скользят по телу от уже требующей ласки промежности до набухших сосков.
Почувствовав, как он пытается принять удобную позу, чтобы войти в меня, я протестую.
— Во-первых, не здесь, а во-вторых, ты мне кое-что пообещал, — резко развернувшись, прикрываю грудь одной рукой. Другой, сжав ладонь в кулак, упираюсь в крепкую грудь мужчины. — Без защиты я не буду. Нет презервативов — нет секса. И вообще, ты ведёшь себя как животное. Мне не нравится. Не поговорил со мной толком, но как узнал, что снова можно меня трахнуть, он тут как тут.
Поскорее смыв с себя пену, вылезаю из ванны и как попало заматываюсь полотенцем. Себя не обманешь. Как ни настраивалась терпеть ради всеобщего блага, эмоции лезут наружу и всё портят. Что я хотела от него? Вчера он почти всё время молчал, только жался ко мне, один раз поинтересовался, как я себя чувствую, не болят ли рёбра, и на этом всё. А сегодня с утра решил таки удовлетворить свои физиологические потребности.
— Да блядь, Диана! — рычит он, выходя следом. Уже в коридоре он догоняет меня и ловит, ухватив за талию сзади. Говорит тише: — Не хочешь без защиты, не будем. Я всё понял.
"Ничего ты не понял" — думаю я, но не отвечаю ему. Следуя своему плану, сдаюсь, и позволяю увести себя в его комнату. Стрела запирает дверь и подходит ко мне сзади, сам разворачивает полотенце. Прохладная вода с мокрых волос тонкими струйками бежит по спине, и по телу проходит дрожь.
— Откуда в тебе такая смелость? — интересуется он. Обходит меня и, присев, утягивает за собой. — Вот, буквально неделю назад, что тебе скажи, то и сделаешь. Ты забыла про нашу с тобой сделку?
— Какая сделка, Вадим? Моя подруга погибла. Твой долбанный напарник чего-то хочет от меня. У Дины, похоже, снова угроза. Я вот-вот с ума сойду, а тебя всё еще интересует эта сделка? Ты вроде как обещал мне что-то... Или я в тебе ошибалась? — задаю ему вопросы, пока он, уложив меня на спину и устроившись сверху, оставляет лёгкие поцелуи на моем теле, на щеках, шее, груди. Будто и не слушает, что я говорю, однако, когда я замолкаю, он поднимает голову и произносит:
— Не нужна мне эта сделка. Вообще, плевать на это. Вот, буквально пару дней назад ты меня по щекам хлестала, я сделал что-то? Тронул твою сестру, тебя или подружку? Я это просто так сказал... — он улыбается. Пытается прильнуть к моим губам, но я отворачиваюсь от него.