Свиток вспыхнул. Четыре печати закрылись. Пятая… осталась открытой.
«Отложу для следующего раза», – подумал он. Но не во всех играх бывает «следующий раз».
Выбор лошади
Из песка выступили три силуэта: обычная лошадь, пегас с крыльями из пыли, единорог с рогом, светящимся, как луна над Нилом.
– Кто же лучше и полезней? – Алекс почесал затылок. – Пегас быстрее… но единорог может быть полезнее.
Он вздохнул.
– Ладно, возьму единорога. Если что в следующий раз выберу пегаса.
В тот же миг пегас рассыпался в прах. А единорог склонил голову, и кончик его рога на мгновенье вспыхнул, словно знак, понятный только игре.
– Теперь можно начинать.
Монитор на мгновение погас. Первые песчинки, рассыпавшиеся по экрану, напоминали звездное небо: холодное, далекое и безмолвное. Но тут поднялся ветер. Песчаная завеса закружилась, и сквозь нее начали проступать очертания первой локации: искривленные деревья, туман у земли, тропа, ведущая в никуда.
Алекс улыбнулся. Его путь начался. Но не знал он только одного: не каждый путь ведет к победе. Есть те, что не заканчиваются никогда.
«Лес иллюзий»
– Иллюзии? – пробормотал Алекс, глядя на туман, стелющийся между деревьями. – Наверное, это для того, чтобы я научился отличать обман от правды.
Он усмехнулся.
– Эта игра начинает мне нравиться.
Вскочив на единорога, он гордо въехал под своды леса. Ветви сомкнулись над его головой, словно навсегда спрятав от него небо.
– Пока не вижу ничего особенного… – сказал он вслух, цепляясь за привычку разговаривать с самим собой. – Может, иллюзии появятся, когда мы углубимся.
Но чем дальше они шли, тем тише становилось вокруг. Даже копыта единорога перестали стучать, будто лес поглощал все звуки. Тени удлинились, хотя солнце еще не село. А потом… наступила ночь. Не постепенно, а внезапно, как будто кто-то решил выключить свет.
Алекс слез с единорога и начал разбивать лагерь. Костер упрямо не хотел разгораться и огонь гас, едва касался хвороста.
– Ну и ладно, – раздраженно проворчал он. – Главное, чтобы до утра не беспокоили…
Его разбудило ржание. Резкое и испуганное. Он тут же вскочил. На краю поляны, в бледном свете луны, к единорогу медленно приближались фигуры. Оборванные, шатающиеся и с пустыми глазницами.
Зомби.
Алекс схватил кинжалы и шагнул вперед. Он подошел к ближайшему из них и вонзил лезвие ему в грудь … и тот растворился, как дым. Но через мгновение восстал: целый, невредимый и без единой раны.
– А, понятно, – облегченно выдохнул Алекс, опуская руки. – Это иллюзия.
Он повернулся к костру, который чудом еще не погас.
– Значит, можно спать дальше.
Сделав всего один шаг, он замер. Может, и я тоже... как и весь мир... лишь иллюзия?
Он уже почти добрался до своего спального места, как вдруг замер. Один из зомби наткнулся на дерево – и обошел его.
– Он... не прошел сквозь?! – сердце ушло в пятки. – Это не иллюзия!
Кинжалы в его руках стали тяжелее, и он рванул вперед.
Зомби не кричали. Не рычали. Просто шли: медленно и неотвратимо. Алекс рубил без пощады. Одного. Второго. Третьего. Каждый падал с глухим стоном: слишком настоящим, плотским и пугающе живым.
Когда наконец рухнул последний, Алекс стоял, тяжело дыша, с дрожью в пальцах.
– Надо быть осторожнее, – прошептал он, вытирая лезвия о рукав. – Не хотелось бы закончить игру, едва начав.
Рассвет подкрался незаметно и тихо: без пения птиц, без росы. Просто серый свет просочился между деревьями, как вода. Алекс потушил остатки костра, вскочил на единорога и двинулся вперед. Но едва они проехали несколько сотен шагов, как дорогу им преградило чудовище.
Огромный дракон, чешуя которого отливала бронзой. Он лениво лежал на тропе, свернувшись клубком. Лишь глаза, сверкающие двумя угольками, говорили, что он заметил вторженца.
– Наверное, это еще одна иллюзия, – сказал Алекс, но его голос неожиданно дрогнул. – А что, если… нет?
Он оглянулся. Под ногами лежал камень. Он поднял его. Замер. И, кивнув самому себе, швырнул. Камень прошел сквозь дракона, будто сквозь дым.
– Понятно, – облегченно выдохнул он, чувствуя, как спадает напряжение. – Иллюзия.
Он погладил единорога по шее.
– Пора выбираться из этого леса.
И будто в ответ на его просьбу деревья внезапно расступились. Перед ними открылась долина: широкая, пустая и подозрительно тихая. Но где-то вдалеке тихо зашипела змея.