— Война? — Роланд оказался на ногах прежде, чем сообразил, в каком виде предстал перед женщиной. Королева рассмеялась.
— Мой повелитель, ты великолепен! И в то же время сильно огорчаешь… Но что поделать — таковы мужчины. Для них война — подруга, мать, сестра, то ради чего жить и радоваться жизни! Нам, женщинам, куда приятней мир, любовь и счастье быть с любимым рядом. Увы, мне, как королеве, невозможно не воевать — ведь я свою страну должна оберегать любой ценой. Но этот враг — всего лишь развлеченье. Ты слышал о чудовищах фирболгах? Они живут на северных границах и иногда пытаются прорваться в наш мир, ну а оттуда — к смертным. Мы с ними нескончаемую битву ведем — то это просто схватки, достойные того, чтоб молодежь испытывала свою силу и удачу. А то приходится Саттах вести войска на настоящее кровавое сраженье. Но в этот раз нас ждет лишь развлеченье. Мы едем на охоту за фирболгом! Охота — как война…
— Да, знаю, знаю, — воскликнул Роланд, невольно подстраиваясь под ее речитатив. Мужчина волновался. Ему было скучно в пустой комнате, несмотря на то, что большую часть времени он проводил в словно полусне. И за возможность выйти отсюда, внести хоть какое-то разнообразие в монотонное существование, хоть ненадолго забыться готов был отдать многое. Даже посещение школы Саттах Грозной было лучше, чем эти надоевшие стены, которые он с полным правом именовал золотой клеткой. Кроме того, на войне был шанс… нет, не совершить побег, но попробовать снова взять судьбу в свои руки.
Мэбилон рассмеялась, захлопала в ладоши, и тут же в комнату впорхнули ее придворные дамы и несколько пажей, нагруженных ворохом одежды и кожаными доспехами, украшенными золотым тиснением. Некоторых дам Роланд уже знал по именам. Старшей была лейти Этейн. Ей помогала ее сестра, Этне. Были тут и две совсем юные девочки. Одну звали Тилинор, и она являлась кем-то вроде воспитанницы королевы, но не принцессой. Другая, смуглая, с темными глазами, все время держалась в сторонке. Она почти не улыбалась, редко разговаривала, и именно поэтому Роланд выделял ее среди остальных, щебетавших, словно стая диковинных птиц. В шесть рук его ловко одели, заставили натянуть тонкую, как ткань, серебряную кольчугу и серебряный же шлем, после чего все покинули комнату. Роланд был так рад вырваться хоть ненадолго из своей «клетки», что легко обогнал остальных.
Почти вся свита уже собралась в просторном зале, где, как он помнил, когда-то устраивали танцы в Иванов день. Теперь тут плясали оседланные кони, вертелись под ногами охотничьи псы, сновали туда-сюда слуги. Все ждали выхода короля и королевы, и когда на лестнице показались Роланд и Мэбилон, все — и кони — преклонили колена, а псы припали к полу, виляя хвостами и повизгивая.
— Ну, как? — шепнула королева. — Они приветствуют тебя.
Роланд кивнул, думая о своем.
Смуглый юноша с темными, почти черными глазами и неулыбчивым лицом подвел королеве высокого белоснежного скакуна и почтительно преклонил колено, чтобы помочь Мэбилон сесть в седло. Но та отстранила юношу и улыбнулась Роланду, протягивая ему руки:
— Ты мне поможешь, мой король?
Взгляд, которым Роланда обжег юноша, мог испепелить на месте — столько в нем было ревности. Но мужчина лишь пожал плечами, подхватывая королеву за талию и легко, как пушинку, усаживая ее в седло. После этого тот же юноша подвел коня уже для него.
Роланд вскочил в седло привычным движением человека, в свое время часами занимавшегося верховой ездой. Коротко поклонившись мужчине, конюший кинулся прочь. Роланд, оглянувшись, заметил, что смуглый юноша подсаживает в седло неулыбчивую девушку. В чертах их лиц было столько общего, что сразу стало ясно — эти двое брат и сестра. Но они темным цветом волос сильно отличаются от большинства придворных королевы. Кто они и откуда?
Легка на помине, Мэбилон поравнялась с ним на своей белой кобыле. Королева сидела верхом, как сам Роланд, выставляя напоказ свои ноги и ничуть не стесняясь восхищенных, жадных, внимательных взглядов.
— Ну, ты готов? Тогда скорее в путь! Загонщики уже на след напали. Враг не уйдет!
— Кто эти двое? — Роланд кивком головы указал на темноволосую парочку.
— Брат и сестра. Не обращай вниманья. Они не стоят твоего мизинца. Не думай…
— Девушка в твоей свите, а этот юноша… Мне кажется, или кому попало, не доверят держать для короля стремя!