— Не извиняйтесь, мой рыцарь, — кивнула Мэбилон. — Фирболги звери. Бешеные звери. Их надо истреблять… Отлично! — она повернулась к Роланду, который, уловив в речи всадника незнакомые слова, мысленно повторял их так и эдак, чтобы запомнить и сообразить по смыслу, что они значат. — Целая стая! Мечи и копья обагрятся кровью. И будет пир и праздник этой ночью! Веди нас, рыцарь!
Всадники сорвались с места.
Шейлы оказались каменистыми холмами, довольно резко спускающимися к морю. Растительности почти не было — только кое-где в трещинах росла трава, да цеплялись за камни вьюнки. Всюду был либо камень, либо серая, потрескавшаяся земля. Серое небо нависало над головой, от края до края закрытое пухлыми, лохматыми облаками. Дул ветер, несущий запах вовсе не моря, а чего-то затхлого. Так тянет из ямы, куда сваливают отбросы.
На вершине одного холма в окружении остовов деревьев, виднелись развалины каменного строения, похожего на готический собор. Две стены с провалами высоких стрельчатых окон и груда камней и полусгнивших бревен перекрытий вместо всего остального на добротном фундаменте.
— Они там, — ловчий указал плетью. — Смотрите!
Во всех сторон раздались крики — восторга, ярости, азарта. Роланд впился взглядом в развалины, но заметил только неясную тень, скользнувшую в проеме окна.
— Они в укрытии. Мы должны их выманить!
В ответ от кавалькады отделилась всадница. Женщина в изумрудно-зеленом платье-балахоне, скрывавшая нижнюю часть лица под покрывалом, легко соскользнула наземь, взмахнула руками — все послушно попятились. Даже собаки отступили, поджимая хвосты.
— Кто это? — шепнул Роланд.
— Не мешай, — ответила Мэбилон. — Всем приготовиться!
Женщина полезла в складки своего одеяния, достала небольшой мешочек и, крутанувшись, рассыпала его содержимое вокруг себя. Роланду показалось, что это соль. Оказавшись в центре круга, женщина опустилась на колени, воздевая руки к небу, и запела. Человек уже неплохо знал язык фейри, во всяком случае, различал много знакомых слов, но в ее песне не узнавал ни одного.
«Волшебница!» — осенило его.
И в этот миг они вышли.
Глава 11.
Три тени одновременно отделились от каменных стен, просачиваясь сквозь провалы окон. Три сгустка сумрака, три пятна, постепенно обретающих форму существ, странным образом похожих на обезьян и быков. Обезьяньи головы увенчаны рогами, передние конечности почти «человеческие», разве что покрыты чем-то, вроде щетины, а вот задние похожи на ноги обычных быков. Ростом все три были с молодых бычков, фута четыре в холке. Хвосты Роланд рассмотреть не успел — едва тени обрели подобие материальных тел, как все три сорвались с места и ринулись на всадников.
Громкие крики, лай собак, ржание лошадей слились в одно. Несколько стрел и копий улетели навстречу. Копья прошили тела насквозь, не причинив особенного вреда, а вот более легкие стрелы застряли в плечах и передних конечностях. Только один выстрел был удачным — стрела вонзилась между глаз одного из чудовищ, и оно, взревев, встало на дыбы. Роланд однажды видел привезенную из Африки огромную обезьяну-гориллу — эта тварь походила сейчас на нее, когда в неистовой ярости, почти ничего не чувствуя от боли, заметалась по склону. За ним устремились все собаки, повисая на боках и кусая за задние ноги. Пытаясь стряхнуть повисших на нем псов, «бык» с разгону врезался лбом в скалу и упал, судорожно дергая конечностями. Какой-то рыцарь, подскочивший к нему, замахнулся копьем и коротко, сильно ударив, всадил его в бок.
Вначале все три чудовища промчались мимо стоявшей на коленях волшебницы, которая не прекратила петь заклинание. Но, допев последнюю ноту, она вскочила сильным упругим движением, взмахнула руками — и два тонких золотистых жгута, извивающихся, как змеи, ринулись к двум чудовищам, захлестнув им шеи. Твари, ринувшиеся было в разные стороны, были остановлены на бегу и оба рухнули, колотя ногами по воздуху. В тот же миг нити погасли, а волшебница с коротким криком боли упала наземь. Но дело было сделано — не успели они вскочить на ноги, как их окружили со всех сторон. Саттах Грозная, привстав на стременах, выпустили в одного из них стрелу, после чего спешилась одним прыжком и, в полете взмахнув своим копьем, рубанула поверженного врага по горлу. Плеснула густая, темно-синего цвета, кровь.
Третье существо оказалось немного проворнее или более живучим, чем два остальных. Оно ухитрилось ударом задней лапы сбить с ног коня вместе со всадником и, пользуясь замешательством остальных, вскочило на ноги. Коротко взревело и, пригнув рогатую голову, атаковало фейри.