Версия третья. Я – союзница Горазда. Не ожидали? Согласна, предположить такое было затруднительно. Но посудите сами. Во-первых, кто-то должен был навести Горазда на Стеблина. Положим, это была я. Во-вторых, у меня был мотив, точнее, целый веер мотивов, как вы убедились ранее. Главный из них – это месть. “Пленника” я, разумеется заберу себе и, пользуясь шумихой вокруг пропажи моего мужа, заработаю немало денег. И в-третьих, стук каблуков, который слышал Стеблин вначале своего пребывания здесь. Если он ему, конечно, не померещился.
Все три версии объединяет одно, и это успокаивает, примиряет меня со Стеблиным. В последние минуты он думал обо мне. Возможно, он даже хотел спасти меня, если на секунду допустить, что история с заминированным автомобилем более правдива, чем выглядит на первый взгляд.
Я благодарна ему за эту “заботу”. И за эту книгу. Здесь мне посвящена целая глава. Какая честь. Аида, например, фигурирует в книге в разы чаще. Однако значимо, на мой взгляд, лишь то, что текст он доверил мне, а не ей. И пусть это черновик с горой опечаток, логических нестыковок и лишними знаками восклицания, факт остается фактом. Я приведу его в порядок, и может быть, из него даже что-нибудь выйдет.
Читатель, кстати, волен допустить и следующее: нет никакой Лиды Стеблиной. Вернее, она, конечно, есть, но она уже давно в другом городе. Там, куда она отправилась, спасаясь от позора неудачного замужества. А здесь, в этой нечеловечески замкнутой комнате ее нет и никогда не было. Стеблин не дозвонился до нее, или она на его слова о том, что ей нужно срочно вернуться в Москву, положила трубку и выключила телефон. Стеблин выдумал эту главу. Чтобы ему, может быть, было не так одиноко погибать. И чтобы написать хоть что-то, ведь от этого зависело выживание Лиды. Опять же если допустить, что бомба под сиденьем ее легковушки существует. В этом случае – нет повести печальнее на свете…
Но и у этой главы имеется противовес. Она не станет последней. Есть еще один отрезок текста, который я решила приберечь на потом. Сделать его прологом, ведь у любой нормальной книги должен быть пролог. Стеблин “написал” его, видимо, во время наших с ним переговоров по телефону – лучше сказать, перепалки – о моем возвращении в Москву. Он писал его опять же потому, что нужно было что-то писать.
Я уступаю место автору, его последнему слову. Или точнее – зову. В нем не будет моих примечаний. Ведь и так все понятно.
Пролог
я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя я люблю тебя