— Привет, — вдруг обратился к нему кто-то на его родном языке. Хибари повернулся к нему, не скрывая своего удивления, и увидел высокого парня с растрепанными волосами. На вид не старше него, что немного порадовало: Хибари думал, что он тут самый младший. — Ох, ты меня понимаешь, здорово.
У парня за спиной торчал тонкий изогнутый меч, чем-то отдаленно напоминающий катану, но вряд ли являющийся ей.
— А я о тебе слышал, — улыбнулся он, закидывая руки за голову, — ты Хибари Кея, верно?
— Может быть.
— О, теперь точно вижу, что это ты.
Хибари оттолкнулся от стены и побрел в сторону, подальше от назойливого парня. Но тот ринулся за ним.
— Меня Ямамото Такеши зовут, — сказал он. — И… я слышал о твоей семье…
— Закрой рот, — резко повернулся к нему Хибари. В глазах побелело то ли от гнева, то ли от боли из-за быстрого движения. Ямамото подбежал к нему, но на плечи Хибари легли чьи-то руки, не давая ему упасть.
— Хватит шарахаться повсюду, будто ты какой-то бессмертный! — наорал на него Скуало, кидая его на скамью у стены. — Ха? Ты чего тут ошиваешься? — обратил он внимание на Ямамото.
Тот непонимающе посмотрел на него и перевел взгляд на Хибари.
— Что он говорит? — спросил он невинно, и Кея вскинул брови.
— Ты не знаешь язык?
— Не успел выучить еще. Я только недавно в этом королевстве. Так смешно здесь все.
— Ты шутишь? Только недавно, и тут же попал в заключение?
— О, так я заключенный? — поразился Ямамото. — Ух, так значит, то была темница, а не гостиница! — хлопнул он кулаком по ладони и рассмеялся. — А я думал, стражники меня хотели проводить, я даже заплатил заранее.
Хибари уставился на него, а Скуало растерянно переводил взгляд с него на Ямамото и обратно.
— Так, — разозлился Скуало и прошел вперед, — плевать я хотел, что ты не понимаешь меня. Хочешь драки — ты ее получишь. Хибари, он хотел убить тебя?
— Я сам могу себя защитить, — отрезал Кея, поднимаясь и прижимая к боку руку. Ткань в этом месте потемнела, пропитавшись кровью. — Только подойди — и я забью тебя до смерти.
— Иди к черту! Я просто хочу сам тебя прикончить, ясно?
И в этот момент Ямамото вдруг сдвинулся в сторону, буквально сделал два шага, и в следующий миг Скуало оказался на полу, ошарашенно глядя на него.
— Он опасный, — сказал Ямамото без тени улыбки, заводя руку за спину.
— Убьешь его, и тебя тут же забьет стража, — предупредил его Хибари, уже с интересом разглядывая нового знакомого.
— Что, серьезно?! — обалдел Такеши, опуская руку. — Ха-ха… кажется, я влип, да?
— Не то слово.
Скуало поднялся, вслушиваясь в непонятную тарабарщину, и настороженно присмотрелся к парню. Меч за спиной, руки напряжены — он вот-вот готов схватиться за оружие; улыбается, но смотрит внимательно, цепко. Настоящая машина для убийства. Даже не нужно понимать, что он говорит, и так все понятно. Наверняка что-то задумывает и подговаривает своего земляка Хибари сделать что-нибудь из ряда вон выходящее.
Как интересно.
В этот раз он застал его врасплох: трудно ожидать чего-то опасного от человека с такой улыбкой, но в следующий раз Скуало будет уже готов.
Похоже, участие в боях становится все веселее и веселее.
— Ты-то уж знаешь, что такое тонфа? — спросил Хибари.
— Ага. Но я не видел их. Зато я видел сюрикены!
— Они мне не нужны.
— А почему ты не возьмешь меч? — спросил Ямамото чуть удивленно и подобрал с пола один клинок. Хибари спрятал руки за спиной и отвернулся.
— Нет, — процедил он.
Скуало положил руку на острие протянутого меча и предупреждающе посмотрел на Ямамото. Кажется, он подумал, что Ямамото угрожает Хибари.
— Он о тебе заботится? — спросил Такеши, выкидывая оружие.
— Он хочет меня убить.
Такеши удивился. Скуало сел рядом с Хибари и раздраженно огляделся, заметив, что они привлекли много внимания. Он не знал, как в других блоках, но в этом точно нет никого из других стран. К тому же здесь, среди всех, эти двое были самыми младшими, самыми мелкими и щуплыми, они отличались внешне и говорили на другом языке. И это значило, что они вряд ли наберут популярность. И Скуало тоже, раз уж затесался с ними.
— Вот хрень, — вздохнул он и услышал, как гремит снаружи труба, оповещающая о начале «турнира».
— Блок «С», готовьтесь на выход.
***
— Началось, — напрягся Занзас, подаваясь чуть вперед. Бьякуран перевел взгляд с улыбающегося лица Бельфегора, стоявшего на своем балконе, и посмотрел на арену, куда выводили по очереди заключенных — нет, уже бойцов.
Мукуро размял уже затекшие от долгого ожидания плечи и перевел дыхание. Похоже, система, которую накидал Ирие, оказалась правдивой. Первый бой будет между блоками.
— Я рад приветствовать вас в этот замечательный день, — начал Бельфегор, приветственно разводя руки в стороны. — Как вы уже знаете, этот турнир несколько отличается от всех предыдущих. Есть всего один победитель, который получит все, что пожелает — в пределах разумного, конечно же, и есть проигравшие, которые, увы, погибают. Ваша смелость и сила не будут забыты.
— Ублюдок, — фыркнул Скуало, щуря глаза от палящего солнца.
— Сегодняшний день, знаменующий окончание Сезона и начало турнира, останется навсегда в наших сердцах еще по одной причине. — Принц замолк и скорбно приложил к груди руку. Воцарилось гробовое молчание.
— Нет, он же не… — выдохнул Бьякуран.
— С превеликим сожалением и болью я вынужден сообщить вам, что сегодня ночью моего любимого брата и вашего, несомненно, великого короля не стало.
Испуганный ропот и шепот удивления пронесся по всем рядам, но был пресечен поднявшим руку Бельфегором. Улыбка, озарявшая его лицо, исчезла, уголки губ печально опустились вниз, и шипяще-вкрадчивый голос приобрел грустные нотки.
— Вот урод, — сжал кулаки Мукуро, стиснув челюсть. Занзас сохранял напряженное молчание.
— …и я с тяжелым сердцем в этот день принимаю на себя его обязанности. Думаю, что мой брат не хотел бы видеть ваши печальные лица и слезы на ваших глазах, поэтому дня траура не будет. И турнир продолжится — в честь рано покинувшего нас короля.
Послышался свист и хлопки, которые распространились со скоростью лесного пожара. Бьякуран переглянулся с Мукуро и вполголоса чертыхнулся.
— Коронация будет после боев, верно? — спросил Занзас, неотрывно глядя на арену, где застыл с поднятой вверх головой Скуало, смотревший на королевское ложе. — Нахер эту страну с таким выродком на престоле.
Мукуро прикрыл глаза, успокаивая свое бешенство. Его жизнь рушилась. Словами не передать, в каком дерьме он находился сейчас. Он не особо скорбел о смерти Рассиэля, но с ужасом ожидал восхождения на трон Бельфегора. Не видать ему титула маркиза, да что уж там: спокойной жизни теперь ему точно не стоит ожидать.
Он посмотрел на арену и едва не вздрогнул. Хибари стоял среди всей этой мерзкой толпы и смотрел прямо на него. Это было затруднительно — разглядеть его среди всего этого народа, но казалось именно так, или Мукуро просто хотел в это верить.
Верно, не стоит думать о глобальном, сейчас важно только одно.
— Ну же, Кея. Покончим с этим, — прошептал он, сжимая кулаки.
***
— Вы уверены, что стоило объявлять об этом именно сейчас? — спросил Виллани, обращаясь к принцу.
— Разумеется. Видеть реакцию этих подхалимов просто бесценно. Видел, как они мне аплодировали? — хихикнул он, падая в свое кресло. Виллани занял свое место у него за спиной, настороженно поглядывая на ошеломленных герцогов, что сидели рядом. — Король умер — да здравствует король, — пропел Бел, играя с крестиком на своей цепочке.
========== Глава 49. Не убийца ==========
— Дьявол, когда уже? — нетерпеливо притоптывал какой-то мужик рядом с Хибари. На его лице застыла неестественная кривая ухмылка, и подрагивали пальцы, так и тянувшиеся к висевшему на поясе кинжалу.
Ямамото с интересом оглядывался, беспечно расхаживая между бойцами. До него, похоже, еще не дошла вся ситуация, и он не думал, что в любой момент прогремит труба, и три четверти, а то и больше, стоявших здесь людей будут готовы порвать его на куски.