— Кея… Э-эй, Кея, — будто сквозь толстый слой ваты услышал он и с трудом разлепил веки. — Ах, он пришел в себя!
Что?.. Разве, кроме Шамала и стражи кто-то еще может сюда входить?
— Конь…
— У меня особые привилегии, — словно прочитав его мысли, ответил Дино. Его лицо по-прежнему оставалось размазней и хотелось даже рассмеяться. — Эй, не смейся, а то рот порвется. И это даже не шутка.
— И какого черта ты разбудил его? — раздался недовольный голос Шамала. — Скажи спасибо, что я тебя вообще допустил сюда.
— А разве не вы сказали, что я должен… — договорить он не успел: Шамал сердито шикнул на него, и Дино замолк, неловко посмеявшись. Но потом его тон стал серьезнее: — Кея, ты больше не должен совершать таких опрометчивых действий. Ты просто не представляешь, как у меня сердце разрывалось, когда тебя уводили. Чтобы защитить тебя, мне нужно, чтобы ты был рядом со мной.
— Мукуро взбесился, увидев тебя. Он сказал, что не хочет меня отпускать, — прохрипел Хибари и замолчал, переводя дух. Рот, казалось, и вправду порвется.
— Можно подумать, что когда-то было по-другому, — заметил Трайдент, впрыскивая ему что-то в вену. Почти сразу же полегчало. — Так, сегодня с тебя морфия достаточно. Я выйду на секунду, чтобы принести еще бинтов.
— Ага, — не обращая на него особого внимания, ответил Каваллоне.
— На секунду, — вдруг повторил Шамал, уже стоя на пороге. — Всего на мгновение. Секунда.
Дино непонимающе посмотрел на него, а потом поник, отводя взгляд.
— Да… ничего не будет, честно.
Хибари хотел метнуть на Шамала злобный взгляд, сразу поняв, о чем речь, но получилось, видимо, неубедительно, раз он криво усмехнулся и вышел из камеры с диким хохотом.
— Мне очень жаль, что я не сдержался и воспользовался твоим положением! — воскликнул Дино. — Если бы можно было отмотать время назад…
— Нельзя. Хотя я бы не стал ничего менять. Может, свернул бы Мукуро шею, когда он спал.
Дино чуть было не рассмеялся, но нелепо застыл и странно посмотрел на него.
— У тебя была возможность убить Мукуро? — спросил он неверяще.
— Я не хотел такой победы.
Дино открыл рот, потом закрыл, а потом поднялся и отвернулся, прижимая стиснутый кулак к подбородку. В голове не укладывалось, что многого можно было избежать, если бы Хибари просто убил его, когда тот был беззащитен перед ним.
— Ты хоть понимаешь, сколько людей погибло?.. — Дино судорожно вздохнул. — Хотя я не могу тебя винить, ведь из-за своего эгоизма я угробил немало жизней. — Он попытался улыбнуться и сел на прежнее место, сжимая ладонь Хибари. — Мне неважно, сколько еще будет жертв, неважно, насколько мне будет больно, я всем, абсолютно всем ради тебя пожертвую. Я не буду спасать никого, кроме тебя. Я лидер повстанцев только для тебя. Думаешь, меня волнует восстание? Думаешь, я хочу справедливости и свободы для людей? Я хочу этого только для тебя. Я все еще пытаюсь заботиться об окружающих, но кого я обманываю? Я все делаю для того, чтобы освободить тебя. Ты говорил, что уйдешь со мной, когда со всем будет покончено, и я сделаю все для того, чтобы это осуществить. Клянусь тебе.
— Ты просто тупица, раз думаешь, что меня тронут такие слова, — фыркнул Хибари. Помимо признательности и тоскливой нежности, вызванной этой длинной бессмысленной тирадой, он почувствовал что-то вроде… разочарования? Он не хотел признаваться, не хотел замечать, но светлого доброго Дино он больше не видел. — Какая чушь, — сам себе произнес он, но Дино понял его слова по-своему.
— Ха-ха, и впрямь, сморозил такую глупость. — Он наклонился и поцеловал его: осторожно и легко, одним прикосновением смывая все сомнения.
— Эй, я же сказал «секунда», а ты уже копыта распускаешь?! — негодующе прикрикнул Шамал, входя и отвешивая Дино подзатыльник. Что-то в его лице и голосе заставило насторожиться. — На арене умер человек. — Ну, это неудивительно. — Победитель. От яда.
Дино напрягся, неосознанно сжимая руку Хибари до боли.
Кея нахмурился, но не из-за этого неловкого жеста.
От какого еще яда?
========== Глава 55. Обреченность ==========
Хибари очнулся от легкого прикосновения к носу, и, когда открыл глаза, увидел улыбающегося Дино.
— Очнулся? — приветливо спросил он, и в его глазах заиграли веселые огоньки. Хибари любил его глаза — они волшебным образом успокаивали боль и будто бы даже ненадолго приглушали бушующую в душе ненависть и отчаяние. Да, если бы не он… если бы не Дино, он бы уже давно умер. Или сошел бы с ума. А, может, он итак уже сошел.
— Приятное пробуждение, — попытался улыбнуться он, но лицо свело судорогой, и он бросил бесполезные попытки.
— Какие милости я слышу от тебя, даже ушам не верится, — восхищенно щелкнул языком Каваллоне и ласково провел ладонью по его спутанным волосам. — Шамал вколол тебе морфия и велел больше ничего тебе не давать. Кроме еды, покормить тебя следует хорошенько, все же три дня в отрубе был.
— Сколько?
— Три, — повторил Дино, и на мгновение с его лица исчезла улыбка. Сразу стало заметно, как сильно он переживал и устал за это время. — Я боялся, что ты… — Он замялся и мотнул головой. — А, неважно. Как себя чувствуешь?
«Просто отвратительно», — хотел сказать Хибари.
— Нормально, — вместо этого ответил он и попытался сесть.
— Нет, ни за что! — испугался Каваллоне, подлетая к нему и укладывая его обратно. — Шамал сказал, чтобы ты не поднимался с постели.
— Ненавижу, когда со мной нянчатся.
— Значит, будешь терпеть.
Дино поднял поднос с едой и принялся придирчиво разглядывать обед. Хибари сонно моргнул и вздохнул, чувствуя накатывающую боль. Действие обезболивающего наркотика проходило, и раны дали о себе знать.
— Почему ты здесь? — спросил Хибари, наблюдая за Каваллоне. Тот как раз осторожно отпивал из деревянной кружки. — Разве не запрещено ходить друг к другу в гости?
Дино откусил от булки и медленно прожевал ее с невыносимо сосредоточенным выражением лица. Проглотив пищу, он немного помолчал, словно прислушиваясь к своим ощущениям, и наконец улыбнулся, подсаживаясь к нему.
— Я же говорил: у меня есть привилегии. — Он помог Хибари отпить из кружки. — Я лидер восстания, как-никак… Для принца я полезен, он хочет с моей помощью устроить зрелище, вот и позволяет мне некоторые вольности. К тому же, он явно осведомлен о наших с тобой отношениях. По-моему, его это даже забавляло. — Он внимательно понаблюдал за Хибари и словно нехотя поднес к его рту ложку с кашей. — Я даже и не думал, что когда-то стану настолько важной персоной.
— Тебе нравится?
— Нравится что?
— Быть важной персоной. Тебе нравится быть главой сопротивления?
— Нет. Мне нравится вдохновлять. Мне нравится помогать. Мне… мне нравится сражаться — это правда. — Дино смущенно улыбнулся и потер переносицу. — Но я не желаю общаться с принцем и его прихвостнями, не хочу убивать и не хочу видеть, как это делают другие. Тем более… тем более, когда это делаешь ты.
— Я всю жизнь это делал. Ты просто не знал. Не видел.
— Я и хочу исправить это. Хочу, чтобы ты был счастлив. — Дино отложил поднос и склонился над Хибари, осторожно прикасаясь к его волосам. — Я ведь знаю, что ты был счастлив тогда, на ферме. Мы были счастливы. Я хочу, чтобы это все поскорее закончилось.
— Еще немного осталось, — сказал Хибари настолько уверенно, что Дино очень захотелось в это поверить. — Немного больно, — вдруг пожаловался он. — Замени мне морфий, конь.
— Его разве можно заме… а, ты в этом смысле, — посмеялся он, когда Кея слабо дернул его за ворот на себя. — Разве тебе не будет еще больнее?
— Конечно, ему будет больно, тупой конь, — распахнул дверь Шамал, гневно хмуря брови. — Я полчаса ждал за дверью, пока вы не намилуетесь, но это вообще все границы переходит.
— Эй, конем называет меня только Кея, — беззлобно проворчал Дино, быстро отстраняясь.
— Значит, мне можно называть тебя просто тупым? — хмыкнул Шамал, приложил ладонь ко лбу Хибари и удовлетворенно кивнул. — А как же твое новомодное прозвище? Как там… Дробящий Мустанг, что ли.