Ответил Мукуро не сразу — соблазн был велик. Несмотря на то, что он все решил для себя и старался выглядеть уверенно, все же с трудом принимал факт того, что ему придется отпустить Хибари вместе с Каваллоне. Да даже если и без последнего — расстаться с любимой игру… с этим человеком будет очень тяжело. К тому же, Хибари вряд ли оставит его в покое, настрадался, измучился — смерть для него могла бы стать наилучшим исходом. И для Мукуро тоже.
— Нет, но спасибо за предложение, — ответил он, отставив бокал. — Пусть счастливо поживет со своим фермером в последние дни своей жизни. А меня, надеюсь, он оставит в покое. Я буду очень убедительно просить его об этом одолжении.
— Ты держал его в плену и насиловал почти целый год. Благодаря тебе он сраный калека и участвует в боях, которые, я уверен, ему на хрен не сдались. Да, он тебя оставит в покое, конечно, — скептично хмыкнул Бьякуран. — Мукуро, я просто… уфф… я просто не хочу, чтобы ты, отпустив его на свободу, через пять минут не передумал и не бросился его искать, спустив вслед за ним свору собак. Я к тому, что твоя репутация и так изрядно подпорчена, а ты, между прочим, скоро женишься и получишь титул, которого так страстно желал, а из-за Хибари ты делаешь столько глупостей. Я же знаю тебя, я был рядом и поддерживал, когда ты возвращал принадлежащее тебе по праву графство, и знаю, что умен, но… сейчас ты делаешь столько глупостей, стольким рискуешь… — Бьякуран замолк и вздохнул, качнув головой. — Я бы еще смог понять, если бы Хибари интересовался тобой не в качестве цели для убийства, но ты тянешь себя на дно ради ничего. Ты ничего не получишь.
— Да что ты. Хороший и постоянный секс — как минимум — я уже получил, — усмехнулся Мукуро, щуря глаза. — Я вдоволь получил удовольствия, потому и расщедрился. Своеобразная плата за досуг. — Он допил до конца свой пунш и поднялся.
— Легче было просто регулярно посещать бордель, — протянул Джессо, вставая следом и с удовольствием отмечая, что Мукуро несколько повеселел. По крайней мере, на его мрачном лице появилось хоть какое-то подобие улыбки.
— Ну, во-первых, там неубедительно сопротивляются.
— Достойный аргумент. А теперь пойдем на свои места, господин будущий маркиз, а то нас уже наверняка заждался наш милый друг Занзас. — Бьякуран похлопал его по плечу и прошел вперед, прежде склонившись перед ним в шутливом поклоне.
На душе немного полегчало. Мукуро улыбнулся. Как он и думал: в обществе Бьякурана и Занзаса все печальные мысли остаются далеко позади. Они вытянули его тогда, когда он больше всего нуждался в помощи, вытянут и теперь. Когда-нибудь он обязательно вернет им должок.
— Спасибо, — бросил он небрежно, поравнявшись с Джессо. Тот удивленно на него взглянул, а потом рассмеялся, приобнимая его за плечи.
— К твоим услугам, приятель. Пользуйся моей добротой и великодушием, пока ты красивый и привлекательный. Как только тебе стукнет тридцать и твое миленькое личико станет похоже на печеное яблоко, на мою помощь даже не надейся.
— Отправляйся в ад, Джессо.
Они аккуратно прошли на свои места, улыбаясь и расточая фальшивую любезность на метры вокруг себя, и упали без сил рядом с мрачным как туча Занзасом.
— От вас пахнет алкоголем, — скривился он, едва они сели. — Вот твари, пили без меня.
— Мы только подняли по бокальчику, а ты уже чуешь свой нектар богов, — закатил глаза Бьякуран, без особого интереса взглянув на арену, где кружили друг против друга два очередных бойца. — Что, так хочется напиться?
— Не то слово. Если сейчас не выпью, брошу тебя в королевскую ложу.
— Тогда прицелься прямо ему в лоб, чтобы обидно и больно было не только мне. Вот смеху-то будет!
— Потише. За такие речи можно и головы лишиться, — шикнул Мукуро, опасливо оглядевшись по сторонам. — Постоянно твердите о репутации, а сами рискуете жизнью, оскорбляя короля.
— Поправочка: короля еще не короновали, так что фактически он еще не король, — поднял палец Бьякуран. — Хотя за оскорбление принца нас тоже может ждать плаха.
— Поправка номер два: я про репутацию никогда не твержу. Она у меня самого далеко за минус ушла, — хмыкнул Занзас. — По этому поводу я особо не сожалею. Гори оно все в адском пекле. Я бы с радостью променял свой титул, лишь бы Скуало не дрался сегодня, — Бьякуран вдруг рванул к нему, — с Каваллоне, — договорил Занзас и получил в нос. — Что за?!.
— Пчела, — улыбнулся Бьякуран удивленным лордам, сидевшим позади и лицезревшим всю картину. — Могла укусить.
— С Каваллоне?! — мгновенно изменился в лице Мукуро и подорвался с места.
— Ну кто тебя за язык тянул? — в сердцах воскликнул Бьякуран, исподтишка пиная Занзаса. — Я только сумел перевести его мысли в нужное русло.
— Предупреждать надо, — недовольно буркнул тот, хмуря лицо и потирая ушибленный нос.
Мимо него с трудом протиснулся Ирие и примостился рядом.
— Болтал со своими любимыми повстанцами? — набросился на него раздосадованный Джессо.
— Они не любимые, — возразил Шоичи, поправляя шляпу и щуря глаза от солнца, — но да, говорил.
— Если надеешься, что свалишь с ними вместе с Хибари, то глубоко ошибаешься. Я не Мукуро — тебе вольную не дам.
Ирие промолчал, отведя взгляд. Бьякурана это бесило даже больше, чем поведение Мукуро. Он выпрямил плечи, раздраженно поворачиваясь к арене, и принялся наблюдать за сражением, надеясь хоть как-то отвлечься.
***
Дино вынырнул из мутного беспамятства и с трудом разглядел перед собой лицо незнакомого человека. Реакция тела оказалась быстрее реакции едва очнувшегося мозга, и незнакомец получил удар головой.
— Двести третий!
— Какого черта его не сковали?!
Ему выкрутили руку и пристегнули к стене, дав пару показательных затрещин, от которых в голове забултыхалось еще активнее.
— Я доктор, всего лишь доктор, — вытирая окровавленный нос, сказал мужчина в белом халате. — Я сменю повязки.
— Где Шамал? — прохрипел Дино, с трудом разлепляя веки.
— Его нет, он… отлучился.
— Как это? Где он?
Доктор потер щеку и нервно оглянулся на стражу позади себя. Один из них скривился, будто съел перезрелый апельсин, и подошел чуть ближе.
— Он мертв. Он совершил преступление и понес наказание. Теперь за вами, свиньями, будет приглядывать доктор Лайонелл.
Дино замолчал. Теперь надежды другой не было, кроме как на его орден.
Доктор, размотав бинты на его руке, прерывисто вздохнул и отвернулся, закрывая рукой рот.
— У него заражение.
— Что это значит? — нахмурился стражник.
— То, что в этих условиях я ему не помогу! — в негодовании воскликнул Лайонелл, вскакивая и подбегая к тазу, что стоял в углу камеры. В следующее мгновение его вывернуло.
Дино осторожно сел и попытался разглядеть свою руку. Среди кровавой каши белели кости, а на уцелевшей коже виднелись темные, похожие на трупные, пятна. Он откинулся на спинку кровати и напряженно вдохнул. Боли он не чувствовал, рука у него онемела напрочь, он даже не мог пошевелить пальцами.
— Надо увезти его в лечебницу, — вытирая рукавом рот, повернулся доктор.
— Это невозможно.
— Мой уровень не позволяет мне вылечить его!
— Значит, ему придется терпеть!
— Я в порядке. В порядке, никуда мне не надо, — торопливо вставил свое слово Каваллоне, подтягиваясь на своей цепи. — Все хорошо.
Стража окинула его подозрительным взглядом, а врач уставился на него как на идиота.
— Вы понимаете, что несете? Если вам не назначат лечение, если не предоставить уход, то вы умрете от заражения крови!
— Я понял. Спасибо. — Дино зажмурил глаза, когда в голове вспыхнула ослепительная боль. — Все в порядке.