— Война многое меняет. Люди покинули те места уже три столетия назад. А после, маги сровняли город с землей, не оставив камня на камне. Так вот, вернемся к моему рассказу, — Юстис откинулся на спинку стула и отхлебнул ароматного чая.
Про себя отметила, что он под стать жене. Очень красивый мужчина. Тонкие черты лица и смоляные волосы, собранные в хвост, придавали внешности мага аристократичности.
— Я по молодости был глуп и самонадеян, — хмыкнул мужчина. — Это сыграло со мной злую шутку и чуть не стоило мне жизни. Я устроил засаду, чтобы выманить и убить зверя-людоеда. Только не учёл, что это может быть стая. А в моём случае, эта стая ещё и была под управлением самки с детенышами. Кроги очень хитрые и жестокие существа. Они взяли меня в кольцо, постепенно загоняя в ловушку.
Когда я был почти на самом краю ущелья, полностью вымотанный физически и энергетический, звери напали. Я бы не выжил, если бы не отец Вираны. Он ехал мимо и заметил магические всполохи. Спасибо ему, что не бросил дурака. Он отбил меня, погрузил еле живого на повозку и привез к себе домой. А там уже Вирана взялась за моё лечение. Выходила меня, да и женила на себе.
— Не сильно ты сопротивлялся, — рассмеялась чародейка.
— А чего мне сопротивляться? Я считаю себя самым везучим и счастливым магом на Этаре. Мне в жёны досталось удивительная женщина.
Вирана тепло улыбнулась мужу и обратилась к нам:
— Все насытились?
Мы дружно закивали и поблагодарили хозяев.
— Чудесно. Тогда хочу предложить вам ванну. А я пока устрою для вас кровати.
Мы с Мили обрадованно вскочили со стульев.
— Наконец-то, — взвизгнула магесса, — я нормально вымоюсь!
Вирана улыбнулась и пристально посмотрела девушке в глаза, словно читая её мысли.
— Завтра, перед вашим походом в город, я хочу с тобой поговорить наедине, — обратилась она к Мили.
Магесса вся сжалась и кивнула.
— Мы идём в город? — встрепенулась Маруся.
— Да. Я вам всё завтра расскажу, — кивнула и направилась за Вираной к вожделенной в ванне.
Со стоном блаженства погрузилась в теплую воду и прикрыла глаза. Вы когда-нибудь задавались вопросом: «За что мне всё это? Почему вселенная решила выбрать меня и послать все эти испытания?»
Вот, я сейчас вопрошала именно об этом. Опустила руки и коснулась ещё плоского живота. Сын…
«Как полюбить ребенка от насильника?»
Возможно, узнав мои мысли, кто-то скажет, что я не достойна быть матерью. Боги послали мне сына, а я не могу найти в себе силы принять и полюбить его.
«О, небеса! Как мне вынести всё это? Как оставаться сильной и достойно пройти сквозь все испытания? Как спасти своего любимого и свой народ?»
Закусила губу, чтобы не разрыдаться в голос. Вспомнила, как мы принимали совместную ванну с Кианом. Мягкость его губ, сбивчивое дыхание и лихорадочный стук сердца. Вспомнила скупые улыбки, которые иногда озаряли его лицо и ямочку, что в эти моменты появлялась на его щеке. Лёгкие, мимолетные касания руки, полной тихой задумчивости взгляд…
Сама не заметила, как отключилась. Проснулась от рассеянного утреннего света, проникающего через занавески. Я лежала в тёплой уютной, а главное сухой пастели.
Рядом мирно сопела Алиса, положив голову мне на руку. Пошевелилась, и кошка тут же открыла глаза.
— Доброе утро, хозяюшка, — потянулась она.
— Как я здесь оказалась? Последнее, что помню — это ванна.
Алиса хихикнула.
— Лемиш тебя сюда принёс.
Я поперхнулась, заливаясь густым румянцем.
— Он что, голую меня видел? — уточнила на всякий случай.
— Ну, да. Он же тебя из ванны доставал.
— О, небо! Стыд-то какой! — простонала, утыкаясь лицом в подушку. — Как мне теперь ему в глаза смотреть?
— Обычно. Кстати, ему, судя по выражению лица, картина очень даже по душе пришлась.
— Почему меня никто не разбудил?!
— Пожалели. Ты последнее время натерпелась.
— Кошмар!
— Не драматизируй. Ты взрослая женщина, а он взрослый мужчина.
— Это не значит, что мне приятно перед ним голой находиться! — повысила я голос и, как раз в этот момент, дверь в спальню распахнулась.
На пороге стоял Лемиш. Я ойкнула и натянула одеяло до самого подбородка, окончательно становясь пунцовой и не зная, куда деть глаза.
Лемиш неловко кашлянул, скользнув по мне печально-быстрым взглядом.
— Как ты себя чувствуешь? — прокашлявшись, поинтересовался он.
— Нормально.
— Вирана зовёт завтракать, а потом мы должны оставить её в одиночестве.
— Я сейчас буду, — постаралась ответить, как можно спокойнее.