– И не только тогда, - не остался в долгу Влас, никогда в жизни ему не было столь легко и игриво на душе, как и всегда в присутствии Нади ноги сами несли в пляс. И хотя за вечер намечалось не больше двух танцев, юноша успел пригласить Надежду на последний из них. -Не откажите рядовому в пляске.
– Не смею идти против воли богов.
Многие на сегодняшнем вечере наблюдали за их танцем с опаской. Младший наследный царевич и одна из девиц Стремительных, по всем правилам и законам богов не могли составить пару друг другу. Посланники богов не имели права вступать в связь с кем-то, у кого не было их дара, и это было не просто формальностью. Они не были способны иметь детей с кем-то, кто не носил в себе силы. В других обстоятельствах, будь Надежда одной из посланниц Богинь её бы давно нарекли невестой Власа, но сейчас на них смотрели косо, а особенно отец Надежды, давно приметившей ей жениха среди родственников. Только эти двое никого не замечая, кружились вокруг друг друга, даже не всегда попадая в нужные движения. Атласные туфли Надежды так и норовили пройтись по ногам Власа, а тот, как будто и не замечал этого, с гордостью обводил зал со своей партнершей. Ушла его сутулость, плечи выпрямились и атлетичная Надя стала внезапно хрупкой даже для самой себя. Её короткие каштановые волосы щекотали шею Власа, когда они сближались, и юноша всё ещё ощущал их прикосновения, когда они расходились. Не касаясь кожей, они всё равно ощущали тела друг друга и было в этом что-то настолько интимное, что к концу танца, у обоих тяжело опускалась грудь. Они не говорили, а только смотрели друг на друга, словно вглядываясь и узнавая, давно потерянного, но не менее любимого человека. И как Надежда могла не замечать его намерений, и как она сама могла прятать свои от него. Ведь она могла бы поговорить с отцом, конечно, он не позволил бы ей выйти за Власа, но она могла бы остаться и вовсе незамужней, а теперь после столь откровенных прикосновений и взглядов. Ей приходилось рушить то, что так и не успело начаться.
– Желаю вам удачи на службе. Вы будете проходить её под началом моего жениха Романа, —и сказав это, она поспешила удалиться к отцу, она выполнила то, о чём он её просил, но между тем и вырвала себе сердце.
Влас даже не успел ничего ей ответить, ему оставалось лишь вглядываться в удаляющиеся, слегка покачивающиеся шаги Надежды. Он не знал, специально ли она сыграла с ним такую злую шутки, или же она действительно что-то почувствовала к нему, но внутри всё разрушилось в одночасье.
Встречи приятные и не очень
Влас покидал столицу с разбитым сердцем юноши. В нем смешались обида и злость на Надежду, её родственников, да и вообще на всех обладателей именитых родителей, столетиями следующие за правилами. Он знал как важна чистота крови среди Посланников, от неё зависела их сила, а значит на их браках строилась вся защита острова. Но что стоит один раз пойти против устоев, у Надежды ведь множество сестер, что мешало им выйти за Романа. А может все взгляды, брошенные Надеждой на него, были просто теплыми посылами в память о их детской дружбе. Надежда вполне могла избавиться от венценосного поклонника, выйдя замуж за двоюродного брата. Этот вариант Влас старался лишний раз не обдумывать, ведь гораздо приятнее изнывать от запрещенной любви, а не из-за неразделенной. Раздумья так его захватили, что он прощался со всеми как в тумане. Отряд, идущий к Алмазной крепости, выходил на рассвете, провожать их вышли лишь родственники новобранцев. Остальные горожане берегли силы на день, на который была запланирована пышная процессия к пограничной линии Чащи, в ней предстояло следовать цесаревичу Борису. Влас забрался на черного рысака как раз в тот момент, когда протрубили в гонг, это означало лишь одно- время идти вперёд. По единому вздоху толпа зашевелилась и набирая темп двинулась по каменной дороге. Лошадей было немного, в Чаще они не нужны, а брать лишние рты и обязанности в дорогу никому не хотелось, на лошадях позволялось ехать лишь очень богатым и знатным персонам, остальным весь путь придется пройти пешком, их ждала месячная дорога. Постепенно стихли крики матерей, последние дети, провожающие от скуки солдат, остались позади, и сотня юношей и девушек вышли в Олений лес, славившийся как понятно из названия, представителями рогатых. Чем дальше уходили они от города, тем смелее становились будущие Посланники, гнетущая тишина постепенно разбавлялась разговорами Первым прервал молчание командир из Солнцеликих, немолодой мужчина с захмелевшим лицом, он не стал рвать глотку, поэтому передавал все свои команды через других.