Рогнеда не задержалась у моря и как только сестра догнала её, направилась вдоль узких улиц в самый центр Сапфирового мыса - к себе домой. Богатые дома имели отделку из жёлтого известняка и гранита, белыми орнаментами были расписаны их внешние стены, а крыши черепичными скатами склонялись вниз, эти дома имели собственные источники воды и канализацию. Их было немного и в них жили семьи Посланников. Дом Рогнеды и её семьи, не относился к бедным, но воду они набирали из общего для трёх домов колодца, а туалетом пользовались общим или уличным. Канализация-это дар Богов, а значит не все были способны его иметь. Их дом был сделан из глины, как и большинство домов в округе, в таких селились люди полезные для города. А отец Рогнеды был единственным доступным лекарем для обычных горожан и крестьян. Едва сёстры вошли в дом, как оказались во власти всевозможных ароматов растений. Горькие и сладкие пары смешались в один и быстро одурманили голову.
-Девочки, выйдите немедленно во двор, я не думал, что вы так скоро вернетесь! – крикнул им отец, Яков из Мстиславских, на нём как и всегда во время его очередных экспериментов были перчатки из кожи, стеклянные очки для защиты глаз и толстый слой ткани, закрывающий рот и нос от неизвестных запахов.
Серафима ушла, но Рогнеда взяв свой боевой комплект, поспешила на помощь к своему уже немолодому отцу. Ей нравились различные травы и их свойства, но она не разделяла любовь отца к целительству. Девочка не понимала всех сложных приемов, которые её отец применял при лечении больных, ведь помимо трав, он рассекал тела, слушал шумы, что зарождались в самом теле человека и в итоге с точностью определял причины недугов и устранял их. При этом его карие глаза всегда излучали тепло, а улыбкой одаривался всякий, кто переступал порог его дома. Единственным его минусом была нездоровая тяга к изучению всего нового, которая не раз доводила Якова до неприятностей. Но в случае с новыми отварами и настоями, от неудач его часто спасало чутьё Рогнеды.
-Слишком много семян сон травы, человек не будет чувствовать ног до следующей зимы, при условии, что он вообще проснётся,- подметила Рогнеда, и, скривив нос от настойки женьшеня, чей корень прибыл с востока, добавила,- По-моему, ты его испортил, слишком сильный огонь.
Яков с сожалением вздохнул и, сняв кувшин с печи, вылил испорченную жидкость с окна, едва не облив Серафиму, та привыкшая к печальным опытам отца, успела во время отскочить, прямиком в навозную кучу, послышались громкие крики с использованием красноречивых крестьянских слов. Но Яков не обратил внимание на невоспитанность дочери, он подошел к расписному сундуку, стоявшему в углу горницы и не снимая перчаток достал оттуда пузырек, внутри которого находилось два цветка с остроконечными лепестками, из которых сочилась темная жидкость.
- Это, дочка, растение из ущелья Душегубов его прозвали материнским горем, потому что в Чаще, из тысяч таких бутонов собираются озёра, которых не видно из-за зеленых стеблей этих растений. Достаточно половины этого сосуда, чтобы лишить жизни, а представь, что случается с теми, кто ныряет в этот сок с головой, тело этого страдальца остается в ядовитом болоте навсегда,- сообщил ей отец, но сказал он это не со скорбным голосом, а с явным возбуждением, которое не подходило к его словам.
-И кого ты решил отравить?- поинтересовалась Рогнеда, с опаской поглядев на листья, скорее всего придется сжечь избу, если этот флакон разобьётся.
-Не говори ерунды, конечно, эти цветки ценны не отравой, в столице их сок по каплям применяют для лечения больных кровавым мором, - ответил ей отец, взглянув в окно, выходившее на их двор. Кровавый мор неотступно шёл по всей стране уже с детства прадеда Рогнеды, сначала болели одни старики, и то большинство из них выживало, спустя почти сто лет, не осталось даже не одной деревни, в которой бы болезнь не забрала по несколько детей. Мор ходил кругами по королевству, посещая семьи не единожды, и забирал во второй раз тех, кого не успел забрать в первый. Сжигались кровавые простыни, на которых зараженные доживали последние дни, не в силах подняться, кровь из их тела выходила из всего что можно. Дома покидались на месяцы, дабы зараза успела уйти из дома, лекари готовили сложнейшие настойки, чтобы спасти народ от этого страшного рока. Но мор настегал всех, доказательством этого служила могила старшего брата Рогнеды, который погиб ещё до её рождения, но чьё тело похоронили под плакучей ивой на заднем дворе. Кровавый мор-это знак того, что Боги их не простили.