Ребёнок снова жалобно и как-то обречёно всхлипнул… потом, с трудом поднявшись на дрожащие, непослушные ножки, медленно и беспомощно заковылял обратно, в грозную пугающую черноту ночного леса. Он шёл, маленький и совершенно беззащитный… шёл, не оглядываясь, а Гэл всё ещё держал в руке пылающую головню и, когда ребёнок, наконец, оглянулся, Гэл снова погрозил ему огнём. Всё ещё сомневаясь в правдивости слов товарища, Стив с болью и какой-то щемящей жалостью смотрел на тщедушную белую фигурку, почти исчезнувшую уже во мраке ночи. И в это самое время оттуда, из мрака, до его ушей донёсся внезапно близкий свирепый вой, переросший затем в низкое, леденящее душу, рычание большого хищного зверя… малютка, повернувшись, вновь бежал сюда, к ним, а по его следам уже мчался, стремительно настигая ребёнка, злобный монстр с красными светящимися глазами, полуволк-полумедведь… а тут ещё сам ребёнок, внезапно споткнувшись обо что-то, упал, всего несколько шагов не добежав до костра…
Кровь бросилась в голову молодого воина. Уже ни о чём больше не думая, не размышляя, Стив выхватил из ножен меч и рванулся вперёд, на помощь. Только бы успеть, отогнать чудовище, спасти невинное это дитя… помочь ему, подхватить на руки, крепко прижать к груди…
Что-то острое и холодное больно упёрлось в горло Стива. Немного придя в себя, он обнаружил вдруг у самого своего горла блестящий трезубец Гэла… сам же Гэл на Стива даже не смотрел… всё внимание его было сосредоточенно на ребёнке.
– Сделай только шаг и я тебя убью! – тихо и без всякого выражения произнёс Гэл. – Иначе жертв будет несоизмеримо больше!
Уже полностью очнувшись от наваждения, Стив тоже посмотрел в сторону ребёнка и обнаружил, что чудовищный зверь, не причинив малютке никакого совершенно вреда, спокойно опустился на землю рядом с ним. Перехватив потрясённый взгляд Стива, чудовище оскалилось, обнажив на мгновение острые блестящие свои клыки, потом оно, равнодушно зевнув, отвернулось в сторону. А странный этот ребёнок в свою очередь взглянул на молодого воина, и Стива как громом поразила произошедшая с малюткой неожиданная перемена.
Нежное лицо ребёнка вдруг странно и страшно исказилось, вытянулось вперёд, быстро покрываясь морщинами… глаза, не по-человечески большие и круглые, сверкали сквозь темноту ночи двумя яркими рубиновыми фонарями… тонкие синие губы перекосила отвратительно-злобная гримаса. Медленно вытянув перед собой правую руку, лесная тварь погрозила напоследок застывшему от неожиданности Стиву длинным узловатым пальцем. Потом, издевательски захохотав, она вскочила на спину волкоподобного монстра. Ещё мгновение… и страшная пара ночных чудовищ скрылась в непроглядном ночном мраке, мгновение спустя из темноты леса донёсся до ушей Стива уже отдаляющийся издевательский хохот ночного гостя и, как бы переплетённый с ним в единое целое, дикий свирепый вой… всё дальше, дальше… и вот, наконец, всё смолкло окончательно.
– Теперь убедился? – тихо и как-то буднично проговорил Гэл, швыряя в костёр почти погасшую головню. – Всегда слушайся старших, глядишь – и проживёшь чуток подольше!
Он опустился на прежнее своё место, а ошеломленный Стив некоторое время всё продолжал и продолжал тревожно-внимательно всматриваться в обманчивую темноту ночного леса. Потом и он облегчённо вздохнул, вытер тыльной стороной ладони обильный холодный пот, внезапно выступивший на лбу, чуть поколебавшись, тоже опустился на прежнее место у костра. Некоторое время оба воина молчали… потом Стив вздохнул.
– Я б, кажется, отдал тысячу золотых, только бы оказаться как можно дальше от этого проклятого леса! – произнёс он вполголоса. – Даже две тысячи золотых! А ты, Гэл?
– А у меня нет двух тысяч золотых! – равнодушно отозвался Гэл. – И тысячи тоже нет! – он зевнул, подбросил в костёр несколько увесистых сучьев и неожиданно подмигнул Стиву. – Поскорее бы нас сменили! Спать охота!
– И ты сможешь спокойно уснуть после всего этого! – невольно воскликнул Стив. – А что, если наши сменщики проворонят такую же тварь! Или эта вдруг вернётся… что тогда?!
– Я предупрежу их! – губы Гэла растянулись вдруг в невесёлой кривой усмешке. – Впрочем, если они её всё же проворонят, тогда…
Он замолчал.
– Тогда, что? – жадно переспросил Стив. – Что, тогда?
– Тогда ты и испугаться по-настоящему не успеешь! – Гэл снова невесело усмехнулся. – А во сне… во сне смерть, она лёгкая!
– Спасибо, утешил! – дрожащими пальцами юноша ухватил палку подлиннее, принялся лихорадочно перемешивать ей светящиеся угли костра. – Ты здорово умеешь утешать, ничего не скажешь!