И тут я решила добавить остроты в мой новый образ богини:
— Победила. Подчинила, — коротко бросила я и под маской гордости попыталась скрыть улыбку. Вроде бы получилось, потому как Юния поверила. Она всплеснула руками и окатила меня волной восхищения. Вполне себе чётко сформированной эмоцией, между прочим!
— Вы потрясающая, я ваша вечная слуга, моя богиня!
И мне должно бы польстить, но я вдруг почувствовала силу её слов. Вечная слуга. От Юнии ко мне потянулись тонкие прочные ниточки силы, сплетаясь в… поводок. Я одёрнула уже потянувшуюся рефлекторно руку и развеяла магию. Но одна ниточка меня всё же зацепила и стало неприятно. Словно коснулась чего-то противного.
— Уже кто-то знает о моей возвращении? — хмуро спросила служанку.
— Нет, что вы, госпожа, я…
— Не поверила, потому не успела растрепать, — закончила за неё мысль. Ужаснулась лёгкости, с которой хлестнула Юнию по лицу этими словами и поспешила смягчить: — Не волнуйся, я не сержусь. Ты ведь молчала, какая уж разница, почему.
Что-то я жестковата стала, как мне кажется… Юния поникла на мгновение, коря себя за недоверие, но я попросила её рассказать новости, и она резко взялась пересказывать местные слухи, чтобы искупить свою несостоявшуюся провинность, а заодно показать, что её язык годится и на сбор информации, не только на распространение. И всё же странная у меня смена отношения к всегда верной и любимой служанке, хм… Та ниточка всему виной?
Я подняла руку к глазам и вдруг заметила ранку. Тонкую красную полосочку на коже в том месте, где меня коснулась нить. Как не заметила сразу?
— Перевяжи мне руку, — протянула я служанке. Но та недоуменно уставилась на меня. Потом перевела взгляд на руку.
— Растянули, вам болит? Может целителя позвать?
Я открыла рот, чтобы сказать, что порезалась, но вдруг поняла: она не видит. Это магическая рана? Потрясающе, никогда подобного не встречала! Да, уж, где бы мне. Хотя, чего это? Я, между прочим, вон сколько всего пережила за последнее время. Даже недавно обратилась в кошку полностью осознанно!
Живо вспомнилось утро, когда Дэган предложил мне обменяться чешуйками. И ещё товарищей приволок, чтобы контролировали процесс. Они на удивление быстро и легко объяснили мне, что надо делать и как обернуться в кошку. У меня получилось с первого раза. Сама в шоке.
А чешуйку отдирать было очень больно! Я даже рефлекторно обернулась обратно в человека. И боль, кстати, сразу же прошла, словно ничего и не было, а вот чешуйка чуть не исчезла. Но мы справились, всё прошло хорошо. У Дэгана теперь есть моя белая чешуйка в руке. Он тоже решил на ладошке оставить.
Не знаю, как дала уговорить себя второй раз на ритуал, так похожий на свадьбу… Первый раз для освобождения мне пришлось умереть. Да, мы ведь с Роноасом были как бы женаты, получается. Но я умерла, а значит он стал вдовцом. И теперь я предстану перед ним уже не как та прежняя Лира, а как богиня. Хочется так его впечатлить, чтобы он даже не помышлял о чём бы то ни было в мою сторону.
Юния принаряжала меня одной ей известно куда, но я не стала спорить. Всё же день ещё не кончился, я не собиралась сидеть взаперти до завтра, а значит — платье не повредит. От служанки я узнала, что на отбор уже стали съезжаться знатные леди, которые живут неподалёку от замков богов в мире. Из них есть прямые переходы в Граничный Предел. А рядом с замками обычно располагаются те, кто больше всех желает оказаться среди избранных богами. Хоть бы и ценой жизни, будь то своя или жизнь любимой дочери на выданье.
Замки богов представляют собой не только само строение, но и улочки вокруг него. Люди строят целые города рядом. Я как-то жила в таком перед самым отбором. Мои наниматели оказались из привилегированных. С их дочкой я даже на один отбор попасть умудрилась. Весело было, ага.
Так вот, я предположила, что за первый день сюда добрались только самые именитые и заинтересованные. Девушки из родов, в которых уже рождались либо невесты, либо прямо жёны. Выигравшим отборы невестам после свадьбы полагалось пригласить в среду избранных своих родственников. И семья активно баловала свою ставленницу все девять месяцев беременности, чтобы смерть не казалась есть такой уж страшной. Вместо неё привилегиями под рукой у бога будут пользоваться многочисленные благодарные родственники.
Как всё лицемерно, да? Я была даже рада, что у меня нет семьи, не придётся всё это переживать… Но она бы появилась, как мне потом поведали. Даже у безродных сироток после победы в отборе неожиданно появляются целые семьи из разных уголков страны, дальние-предальние родственники, что готовы почти год лобызать пяточки беременной, дабы потом припеваючи почивать в городе бога.