- Адриан, - тем не менее, сказала я, и голос мой был поразительно ровным и спокойным, - Ты конечно произнес мне занимательную лекцию, но твое беспокойство не обосновано. Ты у меня, конечно, вызываешь много эмоций и желаний, но они далеки от романтических, так что не парься.
- Вот и славно, - облегченно выдохнул мужчина.
Он ушел, а я скатилась по стенке, не в силах справиться с собой. Из глаз ручьем лились слезы, а из груди рвались рыдания. Я до боли закусывала кулаки, пытаясь взять себя в руки, но и дать волю эмоциям не могла, ведь источник моей боли сидит за стенкой, не подозревая о буре в моей душе. Уйти. Бежать. Хоть ненадолго. Со скоростью света я переоделась в уличную одежду, а пудра скрыла покрасневшее лицо.
- Мне нужно отойти по делам, - сказала я, заглянув в комнату. Мужчина читал какую-то книгу, оторвав взгляд от текста, он лишь коротко кивнул и сказал:
- Хорошо, - опасаясь, что Адриан из окон может увидеть меня, я обычной походкой шла прочь и, как только скрылась из поля зрения собственных окон, почти побежала. У меня не было конкретной цели, я понятия не имела, куда иду, пока, в итоге, устав, не села на лавочку в каком-то безлюдном, мрачном дворе. И вот сидя на облезлой лавочке, я, наконец, смогла позволить выход своим эмоциям. Мне было плевать, что кто-то может меня увидеть. Я рыдала в голос, горько и надрывно как никогда в жизни. Сколько раз я видела, как люди убивались от неразделенных чувств, и всегда считала, со мной такого точно не случится. Как говориться - никогда, не говори никогда. Проклятый Адриан Джонсон! Зачем ты снова появился в моей жизни? Зачем вернулся и разрушил мое спокойствие? Ты столько раз пытался меня сломать, и, поздравляю, у тебя получилось. Я сломлена, раздавлена, убита чувствами и эмоциями, кипящими во мне. Безысходностью ситуации в целом.Помню весь ужас, который испытывала, слушая о событиях жизни мужчины, случившихся девять лет назад. Помню, как сжималось сердце от жалости по отношению к погибшей такой страшной смертью девушке. Но сейчас... Сейчас я ее ненавижу. Ненавижу всем сердцем за то, что даже спустя столько лет, она все еще держит его. За то, что только она в его сердце. За то, что из-за нее у меня, да, наверное, ни у кого вообще нет шансов на любовь Адриана. Я понимаю, что это глупо, но горечь и обида слишком сильны. Они душат, ломая ребра. Мне не хочется испытывать к нему этих чувств. Он их не заслужил. Я хочу ненавидеть его, но не получается. Никак. Почему, почему я такая идиотка?
- Габриэль? - услышала я знакомый голос, передо мной стоял Томми. Что он тут делает? - Что ты тут делаешь? - образ парня расплывался из-за стоящих в глазах слез. - Что с тобой? - испуганно спросил он, заметив мое состояние. - Тебя кто-то обидел? Только скажи, и я...
- Все в порядке, Томми, - шмыгнула я носом. - Никто меня не обижал
- Ага, а почему ты тогда тут ревешь, как будто кто-то умер? - спросил парень, сверля меня взглядом.
- Потому, что я дура, Томми, - я постаралась улыбнуться сквозь слезы.
- Не хочешь рассказывать, да? - понял он. Я лишь кивнула. Томми ласково обнял меня, и я впервые не стала противиться. Объятия парня не кружили голову, не сносили крышу, и сердце продолжало биться ровно, но они были теплыми и успокаивающими. Возможно, именно это мне и нужно? Может, хватит ждать прекрасного принца, а пора оглянуться вокруг, обратить внимание на тех, кто рядом?