- Рано же тебя походу выпустили, - пробормотала я себе под нос. Случившееся с ней было чудовищно. Отвратительно до дрожи. И я искренне жалела и сочувствовала отчаявшейся девушке, ждущей любимого. Но стерва, какой она стала в итоге, вызывала только отвращение. Они оба прошли через ад. Только вот Адриан не сломался окончательно. Да, он ожесточился и изменился, но, при этом, в нем еще не умер человек. В Саре же не осталось ничего, кроме ненависти и жажды мести. В ее глазах ярким огнем полыхало безумие.
- Что? - взвизгнула она, каким-то образом услышав. Вот черт. Правую щеку обожгла жгучая боль, и я зашипела, стиснув зубы. - Не смей пасть открывать, сука! - орала эта ненормальная. Адриан поднял на нас взгляд, и я задохнулась от ужасающей боли и безысходности в нем. Ей это все же удалось, довести его чувство вины до апогея. Тварь. Ненавижу. - На чем мы остановились, Адри? - продолжила она, вновь сосредоточив внимание на мужчине. - Ах, да. Оказавшись на свободе, я навела справки о тебе, и оказалось, ты просто чудесно живешь. Думаю, мне не стоит говорить, что ребенка тогда я потеряла? - что?! Она была беременна? Вот дерьмо... На минуту мне стало ее жаль. Интересно, Адриан знал об этом? И если знал, то все эти годы он жил с болью двойной потери... Боже. - Но даже не это самое отвратительное, - продолжала тем временем Сара. - Врачи впоследствии заявили, что детей я иметь не смогу. Никогда и ни при каких условиях. Когда я об этом узнала, у меня был жених. Человек, которого я любила, и он ушел от меня из-за этого. Врачи, конечно, и после того ада о чем-то таком заикались, но не давали точных прогнозов, а потом... И знаешь что я поняла? Это все ты. Ты виноват во всех моих бедах! Из-за тебя я лишилась всего и столько лет жила в аду! Сам же ты при этом устроился просто лучше некуда!
- Я думал, ты мертва, - убитый тихий шепот. - Неужели, ты думаешь, я не приехал бы, знай, что ты жива? Все эти гребаные годы я любил тебя одну, - невыносимо. Не хочу быть здесь. Не хочу все это слушать.
- Я тебе не верю, - прошипела Сара. - Если бы ты меня действительно любил, то не поверил бы в мою смерть так легко, - ну, все. Это клиника. Сомневаюсь, что есть на свете сила, способная ее переубедить. Эта сумасшедшая долгое время взращивала в себе эту безумную ненависть, убеждение, что абсолютно во всех ее бедах виноват один лишь Адриан Джонсон. И никакие факты или слова тут не помогут.
- Но это так, - снова тихо и безжизненно. - Чего ты хочешь, Сара?
- Сделать так, чтобы ты страдал, - отрезала она. «Он уже страдает, сука» - хотелось мне сказать, но я смолчала, желая понять логику психопатки. - Почти год я ломала голову, как же это сделать. Развалить твой бизнес, не так-то это просто. И тут на мое счастье появилась она, - она ткнула в меня пальцем. Что? При чем тут я? - Я уже знала о твоей кобелиной натуре, о том, что ты не заводишь романов, не испытываешь нежных чувств. И это даже как-то льстило. Ну, вроде как, после меня никаких отношений не заводит. И тут внезапно появляется это чучело.
- Сама ты чучело! - огрызнулась я. Ну, а что, обидно. Оскорблять-то зачем?
- Молчать! - и опять болезненная пощечина. - Так вот появляется эта, - она, скривившись, делает жест в мою сторону. - И ты с какого-то перепугу влюбляешься в нее. Вначале, мне было неприятно. Вроде, как же так, он должен любить только меня. Но потом я поняла, вот он, шанс превратить твою жизнь в кошмар, - глаза Сары горели нездоровым огнем. - Я отберу ее у тебя. Сегодня ты будешь наблюдать, как в адских муках помирает твоя возлюбленная, - что? Эй! Я так не хочу! Мне жить охота вообще-то!
- Сара, она тут ни при чем, - устало выдохнул Адриан. - И ты ошибаешься, я не люблю ее. Если ты не заметила, вы похожи. Она всего лишь напоминала мне тебя, - сдохнуть. Просто сдохнуть. Всего лишь несколькими словами Адриан убил меня. Как же это больно! Мерзко и отвратительно. Как я позволила себя, пусть и в мечтах, понадеяться, что у него ко мне может быть что-то, кроме вожделения? Да он даже трахал меня лишь потому, что я похожа на его ненаглядную Сару. Не реветь! Надо держаться. Поздновато только я подумала об этом, так как пелена слез уже делала окружающие предметы какими-то размытыми. Я отвернулась к стене, не желая даже смотреть на Адриана. Зато теперь мысль о том, что эта психичка меня убьет, не так уж и пугает. Нет, умирать все равно не хочется, но и жить, услышав такие слова... Адриан никогда не говорил мне о любви, но ведь тогда, когда он последний раз пришел ко мне, он говорил, что я ему важна. Именно я. И не потому, что на Сару похожа. И сейчас у меня чувство, как-будто меня предали. Жестоко предали. И на душе так гадко и пусто...