Рука машинально дернулась под столом, пытаясь найти длинные пальцы друга, но Хаммад все еще удерживающий мою вторую руку вновь погладил мою ладонь, напоминая кому и какое место уготовано в этой пищевой цепи.
— Знали бы вы насколько он хорош! — продолжил восхваление воинских навыков Макса Господин. — А ты кушай, Махди. Не стесняйся. Сегодня у нас праздник.
— Спасибо, — сухо ответил Желтый, нахмурившись, и лишь оторвав кусок лепешки.
— Господа, а приходилось ли вам бывать когда-то на арабской свадьбе?
- К несчастью — нет, — оживился Андрей, предчувствуя нечто интересное.
— У вас будет такая возможность! — Господин отпил из бокала напиток. — В благодарность за верную службу нашему делу, я хочу удовлетворить прошение Махди и даю ему согласие на свадьбу.
Что? Впилась взглядом в Хаммада. О чем он говорит? Какая свадьба?
Господин улыбался во весь рот, получая удовольствие от происходящего. Я перевела глаза на Макса, побелевшего словно лист и замершего в кресле.
— А вот и невеста нашего дорогого Махди! — махнул рукой на вход в шатер, где появилась девушка в черном хиджабе.
Макс ошеломленно посмотрел на нее, и словно в замедленной съемке повернул голову ко мне. Его ноздри широко раздувались, а на шее вздулась вена. Похоже, что эта новость стала сюрпризом не только для меня.
— Знакомьтесь, Салия!
Девушка остановилась возле стола. Несколько мгновений я всматривалась в ее изможденное лицо. Усталость и тяготы не скрывал даже толстый слой косметики. И лишь когда она взглянула прямо на меня, я узнала в ней потерянную Марию Савину.
Глава 29
Последние тридцать минут — стали затянувшимся ночным кошмаром. Ни в одном из предполагаемых сценариев развития событий, я даже не мог вообразить подобного. Еще несколько часов назад я пытался пробиться на встречу к главнокомандующему и поговорить с ним на счет Маши, и вот он результат. Я получил о чем просил, но преподнесено все под таким соусом, что набил оскомину, пытаясь попробовать своё долгожданное блюдо. Теперь присутствуя при этой искусной постановке Карабаса-Барабаса, пытался понять, когда ему пришла в голову идея обыграть все именно таким образом.
В том, что наша встреча с Пчёлкой была запланирована заранее я не сомневался ни на долю секунды. И была ли свадьба с Машей в изначальном плане или же он придумал это в тот момент когда я успел выпросить у него несколько минут аудиенции, пока не прояснялось.
Наша беседа получилась рваной, короткой и мало похожей на диалог. Он позволил охране впустить меня, в то время как сам работал за компьютером. В его шатре оказалось достаточно многолюдно, что поставило меня изначально в тупик. Несколько человек как и он, обложившись ноутбуками, отчаянно лупили по клавиатуре. Другие же сверяли какие-то бумаги. И я стоял посреди этого хаоса, не зная как начать разговор.
— У тебя есть минута, — проговорил араб, подняв на меня глаза от монитора ноутбука.
— Ас-саля̄му ‘аляйк, мой господин! Благодарю за предоставленную возможность служить нашему делу и выделенное мне время.
Он окинул меня взглядом сверху вниз и в его глазах я увидел проблеск интереса.
— Если это не все, то ближе к делу, — небрежно кинул, вернув свое внимание компьютеру.
— Несколько дней назад я выполнял задание во имя Аллаха, — начал я, не понимая слушает он меня или создает видимость. — Для меня это оказалось большой честью стать исполнителем такого задания. Но перед тем как отправиться на него, на нашей базе я встретил девушку. Она была в плохом состоянии, неверная. И я почувствовал, будто сам Всевышний заговорил со мной и сказал спасти ее душу. И я последовал порыву. Хочу обратить ее к вере и жениться на ней. Знаю, что она была отправлена сюда.
Казалось, что никто в шатре не обращает на меня совершенно никакого внимания, особенно главнокомандующий. Для него вся моя речь была не больше чем жужжание мухи, надоедливой, назойливой мухи, мешающие ему работать. Я говорил, стараясь уместить свою речь в отведённое время, понимая, что он не потратит даже и на секунду дольше выделенных шестидесяти.