Парни, сопровождавшие меня в машине, по-прежнему находились рядом, исключая возможность побега. Был ли кто-то позади нас, я не успел рассмотреть, заметив длинную тень, падающую на пол из-за башни коробок напротив. Тень уменьшалась, постепенно спрятавшись за поворотом, откуда появился её хозяин. К нам вышел коренастый араб в дорогом костюме. На его запястье блестели часы Ролекс, а в черных туфлях можно было разглядеть его отражение. Этот мужчина производил впечатление человека, знающего цену времени, и он явно не собирался его терять понапрасну со мной.
— Прошу прощения за способ вашей доставки, но мы должны быть уверены в человеке, чтобы позволить ему запомнить дорогу. А вы для нас пока что темная лошадка. И так, пойдем с самого начала, кто вы, нам вкратце известно, непонятным остается зачем мы нужны вам?
— Хочу начать жить с чистого листа, хочу обрести смысл жизни, хочу найти веру.
— Почему вы не можете отыскать все вышеперечисленное во внешнем мире?
— Я разочаровался в людях, проповедующих библейские догмы, и в людях, притворяющихся, будто следуют им. Вокруг лишь фальшь и эгоизм. Противно находиться среди тех, кто ставит превыше всего собственное благо и удовольствие, потакает демонам, пожирающим душу. Люди перестали быть людьми, превратившись в скопище тварей, не знающих значения слова совесть.
В то время как человек в костюме внимательно слушал меня, на его губах играла легкая улыбка, будто ему доставляло удовольствие слушать мои речи, или же тешил эго факт прибытия еще одного рекрута.
— Вы с такой легкостью отвернетесь от тех, с кем росли? Готовы вступить в борьбу за истинную веру?
— Жажду этого.
— Придётся разорвать все старые связи и полностью прекратить контакты с внешним миром. Лишиться всего для того, чтобы обрести все.
— Именно для этого я здесь, — перед глазами всплыло лицо Пчелки. Я здесь, чтобы вернуть свое все.
— Наше дело требует пожертвований. И нам нужно быть уверенными, что ты действительно готов идти с нами в одном направлении, — многозначительно посмотрел на меня, приподняв правую бровь.
— У меня есть сумма, которую я способен вложить в общее дело. Я избавился от всего имущества, что было в прежней жизни.
Смотрел в его глаза, пытаясь не столько понять, каким именно человеком он был, сколько определить степень его готовности пустить меня в организацию. Пустые разговоры нервировали. Какого черта мы обсуждаем одно и то же. И не плевать ли им, кто именно желает присоединиться к ним, тем более, если этот кто-то готов внести немалый вступительный взнос. Глядя на этого лощеного араба, явно выдающего себя за уважаемого члена общества, не испытывал никакой нервозности или страха. Все воспринималось некой игрой, правила которой мне лишь предстояло узнать. И даже у тех двух головорезов по обе стороны от меня, не получалось напустить страха необходимым образом, внушая определенную долю трепета перед их силой.
— Отлично, — подытожил мой интервьюер, щелкнув пальцами. — Осталась небольшая формальность.
Откуда-то из-за его спины, появился человек с лэптопом, останавливаясь напротив меня.
— Открой свой банковский счет, и мы переведем твой вклад на общий счет организации.
Сделав, как было сказано, следил, как в моем аккаунте хозяйничает кто-то другой, опустошая его подчистую. Мне было не жаль денег, только не для Маи и ее спасения, но, несмотря на это, казалось, что меня поимели без смазки. И отмыться от этого унижения вряд ли получится.
— Благодарим за щедрый вклад, — воодушевленно проговорил человек в костюме. Блеск в глазах мужчины вновь скрыла тьма мешка, опустившегося мне на голову.
— Что происходит? — попытался вырваться из цепких рук, скручивающих мои запястья за спину.
— Вам осталось пройти тестовое задание, после выполнения которого никто не будет способен оспорить ваше право находиться среди истинных воинов Аллаха. Извиняюсь за неудобство, — послышалась насмешка в его голосе.