— Маркиз оказался убийцей, — произнес Денис.
— Но ведь он убил ради любви, — сказала Стефания, проводя пальцами по ровной поверхности мраморной копии скульптуры Донателло «Давид». — Только представьте себе, женщина, которую ты любишь, искренне полагая, что она наивная деревенская девчонка, вдруг завела роман с опасным мафиози. Как это романтично!
— А почему он убил ее, а не самого мафиози?
— Всегда ранишь того, кого любишь, — пропел Люк. — Того, кого вообще не следует ранить. — Он заговорил прямо как профессор.
— Что ж, я не хочу обвинять женщину, которая приходит сюда, — сказала Стефания. — Но не понимаю, что за удовольствие лежать тут совершенно одной. Это немного грустно…
— Да, немного грустно, — медленно повторил Люк, почесывая подбородок. — Ты права. Женщина, которая приходит сюда и лежит на этой кровати, охвачена невероятной тоской. Она посещает это место, чтобы почувствовать свою близость к кому-то. — Его вдруг осенила мысль. — Или же она о ком-то скорбит.
Его сердце учащенно забилось.
«Альба», — подумал он.
Глава 18
Ромина была встревожена мыслью о том, что в ее любимую постройку тайком пробирается загадочная незнакомка, и в конце концов решила заявить в полицию о незаконном вторжении. Она отыскала на площади полицейский участок, расположенный в обшарпанном здании. Вход в него предваряли три ступеньки, ведущие к дверям, сделанным из прочного дерева.
Внутри воздух был спертым из-за сильного запаха табака и мужского пота. Пройдя через комнату, Ромина очутилась у стойки для приема посетителей, заваленной газетами и журналами, и стала ждать, когда к ней кто-нибудь подойдет. В офисе никого не было, не считая пары карабинеров, без дела прохлаждавшихся у входа. Стряхивая сигаретный пепел на пол, они были заняты обсуждением своих тещ, сопровождая сплетни громким хохотом.
Ромина была не из тех, кого можно заставить долго ждать. Она постучала пальцами о стол и воскликнула громким голосом:
— Мне кто-нибудь поможет или я должна закричать «караул»?!
Двое полицейских тут же прекратили болтовню и обернулись к ней. Быстренько оглядев ее с головы до ног и заметив дорогие ювелирные украшения и модную одежду, они пришли к выводу, что перед ними мадам, которая привыкла получать то, что она хочет.
Юджин тихонько сказал своему другу:
— Ну, я пошел.
Второй мужчина сделал недовольное лицо, словно говоря: «И откуда ее принесла нелегкая?», и ушел.
— Синьора, мне очень жаль, что я заставил вас долго ждать, — начал Юджин, пытаясь восстановить доверие.
Ромина пробежала взглядом по его помятой голубой униформе и эполетам.
— Наверное, в Инкантеларии не часто случаются преступления, — пренебрежительно прокомментировала она.
— В настоящее время здесь, слава Богу, все спокойно, — ответил Юджин. — Хотите присесть?
— Да, пожалуй, — сказала Ромина, последовав за ним к потрепанному кожаному дивану. Юджин расположился в кресле напротив.
— Чем я могу вам помочь? — спросил он.
— Меня зовут синьора Чанселлор. Я являюсь владелицей замка, — начала она. Юджин тотчас почтительно выпрямился. — Вы заметно оживились.
— Замка Монтелимоне?
— Именно его.
— Я там не был уже много лет, — чуть слышно произнес Юджин.
— Ну что ж, тогда вас можно исключить из числа подозреваемых в нашей истории…
— Какой еще истории?
— Дело в том, что к нам в гости пожаловал незваный посетитель, инспектор?..
— Инспектор Амато, — представился Юджин. Он чувствовал, что нить разговора ускользает от него. — И что это за посетитель?
— Думаю, это женщина, потому что она оставила шарф, и он пах духами. Хотя ради подобного дела я бы не выбрала ни таких духов, ни шарфа.
— Это произошло в замке?
— Нет, во флигеле, расположенном возле него. А насколько хорошо вы знаете замок, инспектор?
— Ну, в прошлом я по долгу службы вынужден был довольно часто туда наведываться, — ответил он.
— В самом деле?
— Замок лежал в руинах, однако в лунные ночи можно было отчетливо видеть, как в окнах движутся огоньки свечей.
Ромина попыталась скрыть волнение.
— Вы настолько суеверны, инспектор?
— Вообще нет, но здесь предостаточно людей, которые являются таковыми.