— Это плохая идея, — сказал Эзра. — Здесь живут студенты, и они будут очень недовольны тем, что вендиго поселится прямо рядом с ними.
Я схватила вендиго за руку.
— Мне всё равно, насколько люди будут недовольны.
Трев уже почти вышел из зала, а Луна встала перед ним, пытаясь отвлечь внимание вендиго от него, но пока безуспешно. В этот момент Финну становилось всё труднее контролировать свой облик. Его чёрные глаза были прикованы к Треву, и, словно собака, вцепившаяся в кость, он не собирался отпускать свою цель. Он слишком легко высвободился из моей хватки и начал медленно подкрадываться к своей добыче.
— Может, пока что, — начала Реми, — нам стоит отвести его в ту камеру, где сидела ты.
Я резко перевела взгляд на неё.
— Пока что. Подумай сама. Все будут чувствовать себя в большей безопасности, а если снова случится что-то вроде этого, — она указала на Трева и на то, что теперь нас четверо стояли между Финном и Тревом, который прижался спиной к золотой двери, — нам не придётся беспокоиться, что он сорвётся.
Я положила ладонь на грудь вендиго.
— Финн, я знаю, что ты всё ещё там. Отойди назад.
Вендиго даже не посмотрел на меня, продолжая рычать на Трева.
— Трев, уходи, — резко приказала я.
Мы все подались вперёд, чтобы Трев смог открыть дверь. Как только он вышел, вендиго успокоился, и мы все немного расслабились.
Я похлопала вендиго по молочно-бледной груди.
— Ладно, здоровяк. Давай устроим тебя внизу.
Реми кивнула мне. Она знала, что я не хочу запирать Финна в камере, но правда заключалась в том, что, находясь в этом облике, он был вендиго. Мужчина, которого я любила, возможно, и боролся со своими естественными желаниями, пока оставался вендиго, но в конце концов он был именно вендиго.
Я потянула Финна к золотым дверям, но он даже не сдвинулся с места. Он сбросил мою руку и направился к стеклянным дверям, после чего принялся ходить взад-вперёд перед ними.
— Он не хочет уходить, если думает, что мы собираемся вернуть ещё больше вендиго в облик благословенных, — сказала я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Он убеждён, что я умру, если его не будет рядом, чтобы меня защищать.
— Тогда он остаётся, — просто сказала Ханна.
Трев приоткрыл золотые двери и лишь слегка просунул голову внутрь.
— Почему он не выходит?
— Планы изменились, брат, — сказал Эзра. — Вендиго остаётся.
Я подошла к стеклянным дверям и отвела Финна немного в сторону.
— Ты можешь посидеть здесь и не вмешиваться, если только в тебе не возникнет необходимость?
Когда вендиго наклонил голову, вены на его шее стали ещё отчётливее проступать под бледной кожей. Чёрные, бездушные глаза, которые, как я почти была уверена, вообще не умели моргать, смотрели на меня, казалось, целую вечность. Наконец вендиго подошёл к стене и опустился на корточки.
Я кивнула ему.
— Устраивайся поудобнее. Мы пробудем здесь какое-то время.
Я вернулась к остальным, стоявшим у золотых дверей.
— Заходи, Трев.
Луна открыла дверь.
— Советую даже близко не подходить к этому вендиго.
Трев пожал плечами, словно это вовсе не было большой проблемой.
— Во мне Пылающий Меч.
— Я бы не была настолько самоуверенна. Думаю, Финн достаточно силён, чтобы заставить Пылающий Меч воспламениться внутри нас.
Луна посмотрела на сидевшего на корточках вендиго, который был похож на горгулью, готовую в любую секунду взмыть в воздух, и прочистила горло.
— Как думаешь, тот сон, о котором ты рассказывала… тот, где было предсказано, что вендиго едва не станет причиной твоей гибели… как думаешь, это он?
Реми покачала головой.
— Ни за что. Если бы в том предсказании речь шла о Финне, он позволил бы Габриэлле вернуть его в облик благословенного. Думаю, именно он станет её спасением.
— Спасением для всех нас, — сказала я.
Эзра поёжился.
— Терпеть не могу, когда меня спасают, но уж если без этого никак, я бы предпочёл, чтобы это была какая-нибудь горячая красотка, а не… ну, вы понимаете. — Он посмотрел на вендиго. — Без обид, приятель.
— Он вообще понимает, что мы говорим? — спросил Трев.
Реми вздохнула.
— Такие красавчики, пока молчат.
Я не смогла сдержать смех, который вырвался наружу. Если бы человечество увидело, что именно эта компания подростков отвечает за спасение мира, люди сразу же позвали бы священников, чтобы те совершили над ними последнее помазание.
Через несколько минут мы решили, какая пара первой займётся вендиго. Все согласились, что, что бы ни случилось, я должна оставаться в спортзале на тот случай, если мне понадобится успокоить Финна.
Мы все работали без устали, преследуя одну цель — освободить благословенных и при этом не погибнуть. Каждый из нас понимал, что Камаэлла уже направляется к Академии Серафимов. Нам нужно было спешить, если мы вообще рассчитывали выступить против неё и её армии демонов.
Глава 32
Пятый день начался так же, как и предыдущие четыре, но затем всё пошло по худшему сценарию. В академии понимали, что никому, кроме нас шестерых, нельзя находиться в спортивном зале, поэтому, когда молодой первокурсник распахнул двери и вбежал внутрь, мы все вздрогнули.
Вендиго, которого Луна обращала обратно, воспользовался тем, что она отвлеклась, обошёл её и направился к дверям. Эзра бросился за вендиго, а я оттолкнула растерявшегося первокурсника в сторону, когда вендиго сбил с ног вихрь силы, похожий на песчаную бурю. Финн зарычал и ударил вендиго кулаком, будто от этого зависела моя жизнь.
Я попыталась остановить его.
— Финн, отпусти. Дальше я сама.
После четвёртого удара я закрыла собой вендиго, оказавшись между ним и кулаком Финна. Воздух в зале изменился, когда Финн ударил кулаком в пол рядом с моей головой. Я смотрела снизу в чёрные глаза огромного вендиго и видела, как он борется, пытаясь снова взять себя под контроль.
— Финн, я знаю, что ты там, и мне нужно, чтобы ты меня послушал. Пожалуйста. Спасибо, что помогаешь нам, но теперь тебе нужно остановиться. Я не смогу обратить вендиго обратно в благословенного, если ты сначала убьёшь его… или её.
Я наблюдала, как он сделал несколько глубоких вдохов. Он был там. И он боролся. Я подняла руку и положила ладонь на щёку вендиго.
— Спасибо, что помог мне, но дальше я сама.
Вендиго подо мной начал бороться за контроль, из-за чего Финн тоже начал бороться.
— Иди в свой угол, Финн.
Не дожидаясь, послушается он или нет, я перекатилась и практически легла сверху на вендиго. Эзра прижимал одну его руку каблуком ботинка, а Луна стояла на коленях, удерживая другую.
Я положила ладонь на вендиго и стала ждать, пока она не потеплеет. Когда вендиго перестал сопротивляться, я сказала:
— Принесите ему одеяло.
Когда Луна вскочила, чтобы принести его, я повернулась к первокурснику, который был белее мела. Его волосы торчали во все стороны, а слишком большая одежда висела на худом теле. Расширенные зрачки и неровное дыхание говорили о том, что он был в шоке, но мне было всё равно.
— Какого чёрта ты творил? — спросила я. — Ты что, не понял первые три раза, когда мы сказали всем в этой академии, что в эту комнату заходить нельзя?
Эзра подошёл и встал рядом со мной.
— У тебя должна быть чертовски веская причина, почему ты здесь.
Мы смотрели, как рот парня то открывался, то закрывался, а взгляд метнулся в угол, где Финн расхаживал возле стеклянных дверей.
Подойдя к нему вплотную, я сказала:
— Смотри на меня. У тебя три секунды, чтобы сказать, зачем ты здесь.