Неллина не знала, сможет ли вернуться сегодня в свою спальню или жить дальше. Будучи старшей дочерью свергнутого короля, она имела наибольшие связи во дворце по сравнению с оставшимися наследниками. Она еще не знала, что ждет её дальше, но новый король не прислал за ней стражи, лишь дворцовую служанку. Принцесса могла бы развернуться и сбежать, отец рассказывал ей о том, что в библиотеке есть секретный ход, который ведет к морю, но было одно "но". Она бы никогда себе не позволила оставить свою семью здесь и жить с этим предательством дальше.
- Нелинна Лайнелл? - спросил грубоватый голос одного из стражей покоев.
Принцесса вздрогнула. Из-за мыслей, заполнявших её голову, она и не заметила, как дошла.
- Д-да... - немного замявшись, ответила она. Обычно к ней обращались не иначе как "Ваше Высочество". Фамилию рода не упоминали и вовсе. Достаточно было посмотреть на её необыкновенно золотые волосы, чтобы узнать, что она принадлежит к семейству Лайнелл.
Услышав ответ, стражник несколько небрежно осмотрел её с ног до головы, затем взял у неё из руки факел и отошел в сторону. Другой же открыл перед ней тяжелые дубовые двери, пропуская даму внутрь. В покоях было гораздо светлее, чем где-либо еще: в камине шумно трещала свежая порция дров, в канделябрах горели свечи. Она уже и не помнила, когда в последний раз в спальне её отца было так тепло и светло.
- Ваше Высочество, - произнес довольно приятный мужской голос. Впрочем, она бы сочла его таковым, если бы он не принадлежал врагу народа и цареубийце.
- Не знаю, могут ли ко мне так все еще обращаться, - ответила девушка, все-таки подняв на него свои зеленые глаза.
На мужчине был всего лишь халат, по краям отделанный мехом. Черные курчавые волосы были влажными и взъерошенными. Любой дворянин бы сказал, что в таком виде рыцарю не предстало встречаться с дамой. Впрочем, и в свои покои он не должен был приглашать её. Это противоречило всяким правилам приличия.
В ответ на её вопрос из его уст послышался сдавленный смешок. Мужчина еще больше взъерошил свои черные волосы и сделал шаг ей навстречу. На секунду Нелинна забыла как дышать.
- С этого момента я буду строже относиться к тем, кто обращается к Вам иначе, Нэлинна, - произнеся это, он подцепил пальцами несколько золотистых прядей её волос и прижал к губам.
- Благодарю Вас... - на одном дыхании выдала Лайнелл. От его жеста внутри у неё все похолодело. Ей сложно было не заметить, с каким вожделением и радостью он смотрел на неё. Будто она была самым главным трофеем рыцарского турнира или самой желанной добычей на охоте.
Эйрик не мог скрывать своего восторга. Теперь она и её жизнь принадлежали только ему одному. Некогда гордая и непокорная львица теперь дрожала перед ним, как загнанная лань. Сейчас она должна сожалеть о том, что их помолвка была расторгнута несколько лет назад. Он пару раз прокручивал в голове то, как Нэлинна сама придет в его покои.
Сомнений быть не могло, именно она должна стать его королевой. Её происхождение, ум и красота были известны далеко за пределами их королевства. Она унаследовала лучшие черты Лайнеллов и Тайлеров.
Длинные золотые волосы, также небрежно распущенные, как у дев Юга и блудниц Севера, спадали легкой волной почти до самых её ног. Белоснежная кожа без единого изъяна еще больше оттеняла зеленые глаза и розовые губы. В её красоте мирно уживались и южные, и северные черты. Даже портрет райнгардской принцессы и вполовину не был красив так, как оригинал. Он был ослеплен не только её красотой, но и чем-то таким, что зажигало в его груди что-то необыкновенно горячее.
Граф знал, что этот сказочный цветок вовсе не так недосягаем, как казалось с первого раза, однако что-то все равно его удерживало. Хотя бы то же самое белое шелковое платье, надетое на ней. Не хватало только фаты и венца для свадебного одеяния. В этом белом наряде её груди неприлично выступали из квадратного выреза, так и привлекая к себе его внимание.
Он не удержался, вдруг притянув её за талию к себе. Пальцы его уже нащупали ряд пуговиц.
- Вы... Ваше..! - Нэлинна не знала, как теперь обратиться к графу Кеннерийскому.
В горле у неё застыл комок, а в животе похолодело, когда он стал расстегивать пуговицы на платье. Все-таки граф был из тех, кого пленяла её красота, однако смерть казалась ей вовсе не такой ужасной, как то, что могло произойти дальше. Эйрик уж было хотел прильнуть к её обнаженной шее губами, как она вдруг отшатнулась.
- Я н-не могу... - её слова разрушили тишину и заставили улыбку сползти с лица графа.
Прежде добродушное его лицо сейчас выражало долю презрения и сожаления. Темные густые брови его сдвинулись на переносице, а губы сжались в тонкую линию. Только сейчас принцесса заметила неприятный шрам, пересекающий его губы сбоку.
- Вы станете моей королевой, - произнес Эйрик с такой гордостью, будто это было её самой заветной мечтой.
Нелинна посмотрела на него с мало скрываемой болью. Она бы отдала все свои богатства и титул, лишь бы еще раз взглянуть в глаза своему брату и отцу, погибшим от рук графа. Ей было тяжело прийти даже на эту встречу с ним. Разве он не осознавал, как мучительно для неё его присутствие? Никогда прежде никто не причинял ей столько зла и боли, как этот человек. И теперь он каждый день, будучи её мужем, собирается касаться её теми же руками, что убили её дорогого и горячо любимого брата?
- Нет, - уверенно произносит принцесса.
Она смотрит на него, как дикий львенок, все еще не понимающий, что выхода нет. Он будет сидеть в клетке, пока не станет ласковым котенком.
- Я понимаю, что Вы все еще несете траур, я отложу свадьбу на 12 дней.
- Даже тогда я не смогу выйти за Вас... - с каждой новой фразой смелости в её голосе становится все меньше.
Его терпение подходит к концу. Он думал, что завоевать её в таком положении будет легко и ему не придется прибегать к сторонним методам и шантажу.
- Вы дали обещание графу Шепарду? - ему тяжело было задавать этот вопрос. Он видел все знаки внимания, которыми окружал её Шепард, и как она отвечала на его ухаживания на прошлогоднем весеннем балу. Сколько бы романов ей ни приписывали, об этом он знал точно.
- При чем тут мой названный дядя? - Лайнелл не понимала, как к этому относился её ныне покойный дядя со стороны мачехи. Она грустила по нему, он был достойным человеком, но при чем здесь был он?
- Я не понимаю, о чем Вы говорите....
- Зато Вы должны понимать, что у Вас нет другого выбора, - граф Кеннерийский не дал ей договорить.
- Впрочем... это может быть ваша сестра Лилиана... - его слова были не более чем провокацией, но сказал он это с такой уверенностью, что у неё едва не подкосились ноги.
Лили не было еще и четырнадцати лет. Она только недавно перестала всюду носить с собой фарфоровую куклу и велела убрать подаренный отцом кукольный дворец из своих покоев. Для младшей сестры Нелинна была почти как мать, хотя разница в шесть лет была не так уж и велика.
- Она еще дитя, - еле выдавила из себя принцесса. От страха во рту у неё все пересохло.
- Тогда Вам стоит поступить благоразумнее. Мне подойдет любая из рода Лайнелл, - теперь его черед был ставить ей условия.
- Что я должна сделать, чтобы ею оказалась не одна из моих сестер?
- Раздеться... - с насмешкой произнес Эйрик.