— Доминик! — зарычала Химмат, заметив изменения в моём лице. — Просто поторопимся. Я уверена, мы успеем!
Чем ниже мы находились, тем темнее становилось. Первым делом нас встретил туман, окутавший глубинное помещение. Мы шли практически на ощупь: решётки камер виднелись по разные стороны лишь отблеском металла. Передвигаться приходилось бесшумно, на ощупь. Разглядеть дорогу было невозможно, и я от внезапности чуть не взвизгнула. Прямо передо мной из ниоткуда возникла преграда. Резко остановившись, мы заметили ребёнка, маленькую девочку с безликим, потухшим взглядом. Она выглядела столь безобидно, что на её внешний вид можно было легко повестись, но это была иллюзия. Она не держала оружия, не готовилась к бою, лишь яблоко красовалось в её нежной, детской ручке.
Глава 28 - Зверобой
— Кто такие? — спросила незнакомка недетским, подозрительным тоном.
— Аид послал проверить демона, присланного из Горта, — Орфей, облачённый в чёрную мантию, выступил вперёд.
— Никогда такого не было, — засомневалась девочка. — Вы здешние?
— Конечно, разве не видно по нам? — заметно растерялся он.
— Ладно… Тогда пусть один из вас съест это. — Она протянула к нему то самое яблоко, которое всё это время сжимала в руке.
— И зачем нам его есть? — возмутилась Химмат.
— Докажите, что не врёте, или же усните страшным сном.
Глаза девочки расширились — в них можно было заметить нечеловеческий зрачок. Лицо её склонилось набок, а шея хрустнула.
— Давай своё яблоко, — шагнула вперёд я.
— Одного укуса будет достаточно, ведь тот, кто вкусит пищу мёртвых, будет осуждён на вечную жизнь в преисподней.
— Калипсо… — хотел помешать мне Доминик.
— Вовремя, я как раз проголодалась, — услышанное заставило девочку улыбнуться.
Я сделала укус, ничуть не опасаясь за свою жизнь. Хуже уже точно быть не должно. Зубы заставили фрукт захрустеть, и я откусила его большую половину. Сделала это с таким удовольствием, будто голодала годами. Так же спокойно прожевала безвкусную мякоть и проглотила оставшуюся во рту пищу.
Открыв рот перед девочкой, я доказала, что обмана не было. Её враждебность быстро улетучилась, и она отошла в сторону.
— Близко к заключённому не подходите, не говорите с ним, и никакого телесного контакта быть не должно. Если всё ясно, то можете идти.
— Конечно, никаких проблем, — с равнодушием сказала я, обернувшись назад.
Я встретила на себе взгляды, омрачённые ужасом. Я была мертва для них. К глазам Химмат подступали слёзы, которые она умело сдерживала. Девушка злилась в первую очередь на себя. Её предчувствие давно давило на неё, подсказывало, но по неведомой причине она так и не решилась спросить, всё ли у меня в порядке. Она прошла мимо меня с опущенной головой, задев будто невзначай от злости моё плечо. Доминик ступил следующим, пройдя мимо меня настолько отрешённо, насколько мог себе позволить. Но движения были больше механическими: он разочарованно взглянул на меня, но нужных слов так и не нашлось — лишь подбородок его слегка подрагивал. Наконец со мной поравнялся Орфей. Положив руку мне на спину, он заботливо подтолкнул меня к камере. Так я оказалась у той самой решётки, застыв от страха подойти ближе. Туман мешал разглядеть, был ли кто-то внутри, поэтому я почувствовала слабость и робко сделала шаг вперёд.
«Пожалуйста, будь жив, молю… Просто будь жив…»
Меня затрясло. Я коснулась решётки, сердце затрепетало, а воздух в подземелье будто заканчивался для меня. Я проделала такой путь, я лишилась даже собственной души, а теперь мне страшно увидеть истину, ожидавшую меня впереди. Соратники не смели меня перебить. Они молча стояли за моей спиной, не мешая, не торопя. Потрясённые и совершенно сбитые с толку, они уже не понимали, что ждёт их дальше.
— Ха… — я громко выдохнула от сковывающего внутри страха.
Держась за решётку двумя руками, я прикоснулась к холодному металлу лбом. Руки дрожали, боязливо вжимаясь в прутья, но голос, исходивший из глубины, заставил меня очнуться.
— Подойди ко мне, Калипсо… — слабый и охрипший бас был совершенно не похож на привычный голос Энтони.
Мои руки отпустили прутья, я захотела сделать шаг назад.
«Это не он…» — громко взбунтовались воспоминания.
— Войди.
Кашель раздражал горло узника. Я хотела убежать, но моё тело даже и не думало подчиняться. В этот раз это был не демон Возмездия. Это было нечто другое: сила, манящая меня сделать шаг вперёд, была столь притягательной, что я не могла ей противиться. Повинуясь, я наконец вошла в камеру.
— Ну же... — словно насмехаясь, шептал он. — Неужели, ты совсем по мне не скучала, Калипсо?..