Последнее, что она ощутила, — как мои тёплые руки сковали её хрупкое тело в объятиях, а мой умоляющий голос, зовущий открыть глаза, был услышан не только в царстве Аида. Этот вой разносился перебоями электричества по земному миру, рассыпался горечью потери по Олимпу, а в водах Стикса бесчувственные скитальцы прерывали свой плач, скорбя о моей утрате.
Глава 31 - Цикламен
— Держи её голову, — скомандовал грубый мужской голос.
— Боги… она холодная… такая холодная… — Химмат дрожала, проливая горькие слёзы над телом Калипсо. — Почему она такая бледная?.. Я… я больше… больше не слышу биения её сердца…
— Успокойся! — закричал он.
— Но она не дышит… совсем не дышит…
Руки Энтони обхватили плечи Химмат. Резко встряхнув нимфу, он пытался привести её в чувство.
— Смотри на меня. Ты мне веришь? — его грозный взгляд заставил девушку поджать губы. — Не зови смерть преждевременно. Ты должна прекратить эту истерику… Поняла меня?
Химмат нерешительно кивнула и отползла от тела чуть дальше, уступая ему место. Грудь мужчины тяжело поднималась — было невыносимо смотреть на бледно-синий оттенок её кожи и при этом верить, что ещё не всё потеряно.
— Не позволю!
Решительные слова Энтони тут же переросли в действия. Опустившись перед возлюбленной на колени, он расставил руки по сторонам и прикрыл веки. Память бывшего короля теперь являлась его собственной, и он старательно перебирал каждое из воспоминаний, выискивая контрактные души, которые тот успел заключить. Снова и снова Энтони пытался найти тот самый контракт, но его словно не существовало. Искажённое, сосредоточенное лицо периодически нервно подёргивалось, пока он отчаянно искал нужную душу. Чем дольше это длилось, тем яростнее он скалился от злобы на самого себя. Учитывая обстоятельства, Энтони не мог просто уничтожить демона Возмездия, ведь ему нужна была не только его сила, но и душа Калипсо, которая, если бы этого не произошло, неминуемо отправилась бы в воды реки Стикс.
— Она! Нашёл! — воскликнул он, скорее для самого себя, ускоряясь настолько, насколько это было возможно.
Из раскинутых рук перед ним возникло прозрачное очертание — тень, до боли похожая на лежащее перед ним обездвиженное тело. С каждым движением его ладоней двигалась и душа. Пот выступил на лбу — Энтони приходилось одновременно искать разные источники информации в глубинах подсознания. Пока он пытался удержать душу Калипсо среди сотен тысяч других, ему приходилось параллельно выискивать редкие воспоминания демона о расторжении контракта. Устремив ладони к её груди, он почувствовал, как витавшая рядом душа послушно последовала за ними, входя в тело своей истинной владелицы. Химмат, наблюдавшая за процессом, замерла в напряжённом ожидании, боясь сбить концентрацию короля тёмных. Время шло, но Калипсо не двигалась. Терпение истощалось — и земля под его ногами разошлась от мощного удара кулаком.
— Ну давай же… давай!
Он потянулся длинными пальцами к её ладони и, уложив её поверх своей, привлёк к губам. Быстрое, сбивчивое дыхание выдавало в нём отчаяние, переплетённое с последней надеждой. Боль и страх мучительно сжали его сердце, раскрывая душу короля демонов навстречу несоизмеримой печали.
— Давай… моя милая, Калипсо… ты же сильная. После всего, что мы пережили, ты не можешь умереть…
Он сжал её руку крепче, прижал к своей груди и взволнованно зашептал что-то себе под нос, будто это могло удержать её здесь, рядом с ним.
— Энтони, она не дышит, — попыталась отрезвить его рыжеволосая девушка, видя, какое безумие отражалось в его взгляде.
— Замолчи!
— Нет… Энтони, что-то не так, — продолжала настаивать Химмат.
— Она откроет глаза! Она должна жить! Она… она обязана открыть глаза! — почти одичав, закричал он.
— Я не об этом. Сдерживающая иллюзия рушится. Её контролировал демон Возмездия, но теперь его нет… Это Олимпийские боги. И они почти прорвались.
Наконец Энтони поднял голову. Колдовство действительно рассеивалось. Доносились чужие голоса, удары, попытки разрушить барьер на их пути. Грязно выругавшись, он отпустил нимфу и, не раздумывая, вскочил на ноги, заслоняя собой её тело. В его глазах пылали решимость и ненависть. Он был готов к битве, восстанию, войне. Надежда ускользнула от него, оставив так же внезапно, как когда-то появилась. И, не в силах выдержать этой боли, он начинал трансформацию.
— Нет, нет, нет… — всполошилась Химмат. — Они тебя убьют. Тебе нужно уходить. Ты не решил проблему, — она отчаянно пыталась донести до него суть происходящего.