— Калипсо… — приторно-сладко протянул на выдохе Тизифон. — Я так счастлив видеть тебя невредимой… Наверное, ты слышала, я пожертвовал всем, что имел, чтобы ты могла снова обрести свободу. И, я понимаю, странно слышать это от меня при таких обстоятельствах, но с самого первого дня, как я тебя увидел, я понял, что ты моя женщина… Уверен, сейчас ты злишься, но…
— Твоя женщина? — тут же перебила его я, выказывая полное неуважение к будущему мужу. — Я никогда ей не буду, Тизифон. И пока ты рад видеть меня невредимой, я бы предпочла узнать о твоей смерти.
Сказав это, я скучающе отвернулась от него. Буквально всё в нём меня выводило из себя, а особенно то, как искусно он вживался в новую роль.
— Ха… Значит, не хочешь по-хорошему?.. — Тизифон вздохнул, а затем сделал шаг ко мне, и дыхание его мерзко коснулось щеки. — Боюсь, у тебя нет выбора. Сегодня ты станешь моей женой, обдумай это хорошенько… Я твой спаситель, и ты должна быть мне благодарна. Кто бы ещё приютил тебя? Какой дурак согласился бы взять в жёны мятежницу с запятнанной репутацией? Так не лучше ли быть со мной, с тем, кого ты знаешь, кто ради тебя готов идти на жертвы!
Голос, полный надменности, гадко дребезжал у уха, подпитывая мою ненависть к нему с каждым новым словом. Я стояла молча, но такая реакция была ему по вкусу. И теперь, слыша, как напыщенно он говорил со мной, всё становилось на свои места. Это была не любовь. Он вцепился в симпатию, которая появилась у него ко мне, но не только это его притягивало. Я была твёрдо уверена, что ему нужны мои глаза, чтобы возвыситься за счёт моей силы, а приятным подарком станет то, что с моей помощью он сможет уничтожить нового короля Тёмных. С таким выигрышем он ничего не терял, когда отказывался от вступления в пантеон, — это была отсрочка. Заполучив меня в жёны, ему удастся возыметь намного больше. Ставка возросла, а я в его руках стану лучшим оружием против тех, кто противится его воле.
— Протяни руку, — приказным тоном сказал он.
Время утекало, заставляя просьбу унизительно повиснуть в воздухе. Нервное дыхание Тизифона усиливалось, но я и не думала повиноваться его воле. Специально на шаг отстранившись, чтобы разозлить его пуще прежнего, я замерла, и в тот же миг на мою ладонь легли руки. Слишком нежные и женственные, чтобы оказаться мужскими. Это была Лея: подхватив без спроса мою руку, она совершила это действие за меня.
— Невеста волнуется. Прошу, не злитесь. Она в предвкушении предстоящей брачной ночи совсем потеряла голову.
— Ничего… — сцепив зубы, сказал он, дабы не потерять лицо. — Калипсо, я принёс кольцо, которое жених дарит своей невесте в день помолвки. По традиции я должен был подарить его заранее, но не имел такой возможности.
Я ничего не видела, лишь ощущала, как его пальцы коснулись моей кожи, выделяя безымянный палец.
— Надеюсь, что когда ты сможешь видеть, ты наконец осознаешь своё счастье, глупая нимфа… Оно несоизмеримо дорогое, — сказал он, но в ответ не получил и полслова. — Я вижу, что ты делаешь, но больше я не спущу тебе такого поведения. Так и знай!
— Дешёвка… — рассматривала я кольцо с большим голубым ларимиром по центру, на которое восхищённо взирали нимфы с разных сторон.
— Он вас обидел, — подытожила Лея увиденный ею факт.
Она занималась делом, которое всецело ей подходило. Эмпатичность и сочувствие нимфы поражали. Её сердцу было тяжело, когда она сталкивалась с невзаимными отношениями между брачующимися. А когда она видела убитых горем невест, то была готова на отчаянные поступки, и единственное, что сдерживало её, — разум. От качества выполненной работы зависел её статус, поэтому ей приходилось на многое закрывать глаза.
— Если я дам вам сбежать, тогда…
— Лея! — привела я её в чувство. — Я не собираюсь сбегать. Я выйду за него замуж.
— Я видела много слёз и истерик — это не редкость в моём деле… Но ваша реакция выглядит слишком пугающе. Боюсь, вы можете наломать дров…
Я взглянула на девушек, что грели воду для купальни.
— Всё готово?
— Да, — тут же ответили нимфы.
— Замечательно, приступайте.