— Войну? — резко переспросил Верзилор. — Она будет лишь в одном случае: если вы попытаетесь забрать у меня Калипсо.
Он обвёл зал взглядом.
— Во всём остальном вы в выигрыше. Связь между мирами налажена. Люди по-прежнему молятся вам. Разве я не прав? — криво усмехнулся он. — Мы взяли на себя самую грязную работу, а вам оставили славу и почести. Для людей виноваты всегда демоны. Нас сделали воплощением зла, но существовали бы боги без нас?
— Ты слишком юн, чтобы рассуждать о таком, — рассерженно бросил Зевс.
— Возможно, — бесстрашно ответил Верзилор. — Но боги нужны людям лишь до тех пор, пока в их мире есть страх и хаос. Пока они боятся — они молятся. Пока желают — они просят. Пока страдают — они верят.
Он сделал паузу.
— А что будет, если однажды страх исчезнет?
Его взгляд остановился на Зевсе.
— Скажите мне… будут ли они тогда нуждаться в вас?
Верзилор говорил уверенно. Он рассуждал о том, что успел понять за своё недолгое правление. Его речь заставила многих усомниться в прежних убеждениях, озадачила, выбила привычную уверенность. Он отстаивал свои границы и границы мира Тёмных, доносил свою мысль спокойно, проявляя истинные лидерские качества. В столь юном возрасте он проявил мудрость и сумел заставить задуматься самого Зевса — пусть лишь на мгновение, но всё же это случилось. Пока одни оставались непреклонны, другие смотрели на него с молчаливым согласием, и тогда Зевс, изменившись в лице и не отводя от супруги взора, твёрдо произнёс:
— Возможно, это место и правда принадлежит ему по праву рождения, — сказал он, подав супруге знак, и устами её прозвучала воля верховного бога.
— Советник, — с плавным величием сказала она. — Мы хотим снять с Верзилора все обвинения.
— Что?.. — подал голос молчавший до этого Тизифон. — Но…
— Замолчи, — резко оборвал его Посейдон.
— Но он опасен! — вмешалась Астарта. — Его сила несоизмерима! Разве вас это не тревожит?
— Вопрос закрыт! — громогласно перебил всех Зевс.
Словно гора свалилась с моих плеч. Облегчение разлилось по телу, и я не смогла сдержать благодарного порыва.
— Спасибо вам… — немедленно поклонилась я Зевсу и его супруге. — Я никогда не забуду вашей доброты, я…
— Благодарить рано, — перебил он, направляясь ко мне. — Я должен забрать твою божественность, Калипсо.
— Мою… божественность?
Я растерянно посмотрела на Верзилора.
— Это невозможно, — напряжённо произнёс он. — Если она станет человеком, то…
— Верно, — жёстко отрезал Зевс. — Она не сможет стать королевой мира Тёмных.
— Мне нужен другой вариант, — прорычал Верзилор.
— Его нет.
Зевс протянул вперёд раскрытую ладонь. Моё тело медленно оторвалось от пола. Грудь сдавило пронизывающей болью. Воздух исчез. Сердце сбилось с ритма. Челюсти громовержца сжались, его глаза заискрились под влиянием магии. И, подчиняясь его воле, я засияла. Божественность, принадлежавшая мне, перетекала в руки верховного бога, лишая меня света, силы, самой сути — возвращая к смертному существованию.
— Прочь! — взревел король Тёмных.
Пол под ногами содрогнулся, стены рушились — даже пантеон богов не мог удержать равновесия в этом хаосе. Верзилор терял контроль: вырвав меня из чар Зевса, он подхватил меня на руки и вместе с этим потерял остатки рассудка. Прожилки на его лице подрагивали, зубы вытянулись в клыки, когти слишком сильно впились в мою спину. Яростно пылающие глаза были устремлены только на меня — даже когда он обращался к Зевсу, — и лишь этот зрительный контакт помогал ему держаться из последних сил, не срываясь в атаку.
— Если моё место займёт другой, — хрипло произнёс он, — этому миру останется недолго. Думаете, вы удержите власть?
Его губы растянулись в дикой улыбке.
— Войны. Голод. Болезни. Ненависть. Этот процесс не остановить. Люди ненавидят друг друга. Они настолько привыкли к страданиям, что даже катаклизмы стали для них обыденностью.
Он сжал меня крепче.
— Так с чего вы взяли, что они продолжат вам поклоняться? Деньги заменили им всё. Похоть помогает забыться. Алкоголь спасает лучше, чем храмы.
Он медленно обвёл зал взглядом.
— Пока мы едины и не нарушаем границ друг друга — только в этом случае каждый из нас удерживает влияние. Разве не так?
— Энтони… — прошептала я, пытаясь остановить его, но он меня не слышал.
— Я помогу человечеству уничтожить себя, — продолжил король. — А потом сотру в пыль город за городом, страну за страной... планету за планетой.
— Энтони! — в отчаянии прильнула я к его груди. — Прекрати, мне это совсем не по душе!