— Видите дверь? — прошептал Тициан.
— Да, но пробраться туда незамеченной не выйдет. Их слишком много.
— Знаете, за что я люблю людей? Мне выгодны их устои. Детей и женщин обижать неприлично, а стариков — тем более. Поэтому доверьтесь моему опыту. Как только охрана отвлечётся на меня — бегите и ни о чём не беспокойтесь. Этим соплякам я не по зубам.
— Надеюсь, обойдётся без лишних жертв! — повелительно распорядилась я. — Не подведи меня, Тициан.
Это был момент прощания. Мы не могли знать наверняка, суждено ли нам встретиться снова. Сухо перекинувшись парой слов, мы доверились друг другу и приготовились действовать. Мою пропажу уже должны были заметить, а значит, скоро меня найдут. Дело оставалось за малым: я должна была оперативно найти нимфу, и рассчитывать могла только на себя. Демон врачевания, прибегнув к магии, выглядел лет под девяносто. Дряхлая кожа, несчастный вид, горб, мешающий свободно передвигаться. Он вызывал жалость одним лишь видом рваной рубахи, что висела на нём тряпкой. В правой руке у него оказался секатор для фигурной стрижки деревьев, а левой он схватился за рубаху в области груди и, побледнев до посинения, вышел из кустов, шатаясь.
— Кхе-кхе… — он споткнулся о собственную ногу и упал лицом прямо в грядку цветов. — Помогите… кто-нибудь… сердце… моё сердце…
Он был так жалок, что обратившие на него внимание тут же устремились помогать пожилому человеку, появившемуся из ниоткуда.
— Что это ещё за старик? Разве он был здесь?
— Не видишь, что ли? Садовник он. Секатор-то не просто так в руке.
— Нам сказали сообщать при любой опасности.
— Заткнись, Том. Какая, к чёрту, опасность? Его даже собственные ноги не держат.
Сомневавшийся парень быстро сдался: глядя на талантливую актёрскую игру демона, он пожалел старика и бросился ему на помощь, осудив самого себя за жестокие подозрения.
— Поднимайте, мужики! — закричал один из сбежавшихся и с большим усилием попытался приподнять тяжёлое демоническое тело, но, потерпев поражение, созвал остальных на подмогу. — Эй вы, что встали? Помогите! Тяжёлый, зараза… В дом его надо и скорую вызывать!
Пока они хватали его под руки, пытаясь поднять, я ускользнула в сторону дома и перебежками добралась до двери, в которую войти так и не решилась. Подумав, что именно через этот вход охрана должна будет его нести, я не стала в этот раз надеяться на удачу, а, взобравшись на дерево, решила пробраться через открытое настежь окно. Это оказалось легко с моей физической подготовкой. Коридор пустовал, но, так как расположения дома я не знала, это доставило мне немало хлопот. Сжав в руке кинжал, я на цыпочках направилась на звук, в надежде услышать, откуда вещала девушка. Но безмолвный особняк словно нарочно запугивал меня своей тишиной. Комнат было бесчисленное множество по обе стороны коридора — и ни одной открытой. Вскрывать их поочерёдно было бы глупостью с моей стороны.
Я одна, и если в комнате меня поджидала бы охрана, то в бою с множеством соперников я могла бы потерпеть неудачу. Тишина сковывала помещение, туманила разум, как вдруг сердце сжалось от теплоты и какой-то удивительно тяжёлой тоски, стоило мне лишь ступить на лестницу, ведущую на чердак этого дома.
«Неужели она?.. Я не могла ошибиться, никогда ещё мне не приходилось испытывать ничего подобного» — в тот же миг осознала я.
С этой уверенностью пришли и слова Гермеса о том, что энергию друг друга мы почувствуем сразу же, как только окажемся рядом. Я поднималась всё выше, пока не достигла двери, к которой меня тянуло словно магнитом. Казалось, что за ней находилась часть меня, давно утерянная и оттого несчастная. Я схватилась за ручку одной рукой, другой же сжала оружие, заточенное на смерть. Теперь я готовилась к худшему исходу, ища поддержки внутри себя. Моя божественность отзывалась, направляя меня и наставляя. Я тихо опустила ручку двери, чтобы не привлечь внимания раньше времени, но распахнула её резко, готовая вцепиться в горло каждому, кто осмелится мне помешать.
Я это сделала, достигла нужной цели, но что-то было определённо не так. Мне не хватало сил даже спокойно вдохнуть — настолько мёртвая энергия повисла в воздухе. Я смогла сделать лишь шаг, но то, что я увидела внутри, заставило сердце болезненно сжаться. Сотни камер были направлены на нимфу, что послушно сидела на стуле и вещала заранее подготовленный текст. Разве всё могло быть так просто? Я представляла, будто её заставляют, будто это не её воля направлена на великое зло… Но всё было совершенно иначе. Со стеклянными глазами нимфа неподвижно сидела и добровольно произносила слова о разрушении и умерщвлении людей. Никто не сторожил её, никто не принуждал. Она делала это с такой лёгкостью, будто наставляла человечество на истинный путь. Моё присутствие её не беспокоило. Девушка с пепельными волосами была подобна жнецу смерти. Волосы струились по спине, рассыпаясь небрежными прядями. Породистые губы с чёткими контурами, острый нос и пронзительные, глубокие глаза с зелёной каймой пугали, будто таили в себе все несчастья этого мира.